— Черт, неужели я не единственный ребенок? — недоумевает Терренс. — Но как? Как такое возможно? Даже если у моей матери и правда был еще один сын, то почему она все это время молчала? Почему никак не реагировала, когда я говорил, что у меня нет братьев и сестер. Не считая детей от второго брака моего отца…
— Погоди, а разве твоя мама никогда не давала никаких намеков на то, что у нее есть второй ребенок? — недоумевает Наталия. — Разве миссис МакКлайф не говорила о каком-нибудь твоем братике с тобой или кем-то еще?
— Нет, я ни разу не слышал ничего подобного! У нее даже нет никаких вещей, которые говорили бы о том, что она скрывает наличие своего второго ребенка. При мне мама точно никогда не заговаривала про возможного сына… Младшего, скорее всего… Если на этом снимке ребенку буквально пару дней от роду…
— При мне тоже никто никогда не говорил о том, что у моих родителей был еще один ребенок, — спокойно признается Эдвард. — Если бы не разговоры отца с мачехой и эта фотография, я бы никогда не узнал о том, что у меня есть старший брат.
— Да, а когда ваши родители развелись, то куда ваш отец ушел? Он сразу же женился во второй раз?
— Почти сразу же после того, как я родился, отец на некоторое время отправил меня к бабушке по отцовской линии, но чуть позже все-таки забрал меня к себе. Забрал после того, как встретил мою мачеху, женился на ней и переехал в ее дом. Та женщина достаточно обеспеченная. У нее какое-то свое прибыльное дело. Не знаю, какое, но насколько мне было известно, дела шли очень хорошо. Мачеха даже устроила отца в свою фирму, ибо на тот момент он был безработный. И они отлично сработались.
— А кто же тогда присматривал за двумя детьми, которые у них родились?
— Моя мачеха ушла в декрет, а отец взял на себя большую часть после рождения этих детей. Какое-то время ей помогали няня и ее старшая сестра, у которой самой четверо детей. Она довольно долго просидела дома, хотя и контролировала процесс на работе, поскольку отходила после двух родов подряд.
— Двух родов подряд?
— Да. Мои единокровные братья — погодки. Сначала родился один, а потом так получилось, что мачеха забеременела вновь спустя пару месяцев после родов и родила второго ребенка еще через год. Для нее это было непросто. Но благодаря деньгам и целеустремленности ей удалось поправить здоровье и вернуть прежнюю фигуру. Только после того она вышла на работу.
— Понятно… — задумчиво произносит Терренс. — А кто присматривал за вами? Неужели они все забыли про вас и все внимание уделяли этим двоим?
— Когда родился их первый ребенок, отец надолго отправил меня к бабушке, чтобы я не слишком мешал ему и его жене. Ну… — Эдвард слегка прикусывает губу. — И не доставал своей ревностью, как он сказал.
— А вы ревновали?
— Ну да, я, конечно, обижался, что после рождения этих детей обо мне вообще позабыли. Но, если честно, я как-то привык к тому, что мне уделяли мало внимания. Потому что и без того не получал отцовской заботы. Да и мачеха не любила так сильно, как своих родных сыновей, хотя относилась ко мне нормально.
— Обидно…
— Большую часть детства я провел с бабушкой, к которой они часто отправляли меня на долгое время. Хотя мне было только в радость проводить с ней время, ибо бабушка была для меня очень близким человеком. Я до сих пор хорошо помню ее и скучаю по ней и ее вкуснейшей еде, даже спустя несколько лет после ее смерти. У нее получались великолепные пирожки. Я мог запросто съесть едва ли не все, что она готовила на два-три дня.
— А она давно умерла?
— Спустя около двух лет после моего ухода из дома отца и мачехи. Какое-то время я оставался жить в ее квартире, но потом некоторые обстоятельства вынули меня покинуть ее и перебраться в другое место, где условия были чуть хуже. Но я не жалуюсь и вполне доволен тем, как сейчас живу. Подрабатываю в нескольких местах, получаю небольшие деньги, которых вполне хватает на самое необходимое… И это главное… Я уже привык. С семнадцати лет так живу. И пока что не умер.
Терренс слабо качает головой, все еще пытаясь принять то, что он только что услышал, и не веря, что все это время у него был уже повзрослевший брат, о котором его мать никогда ему не говорила. И решает попробовать разъяснить эту ситуацию, узнав имена родителей Эдварда, его мачехи, его бабушки и полное имя самого парня.
— Простите, а как звали вашу бабушку, ваших родителей и вашу мачеху? — интересуется Терренс. — Назовите их полные имена. И как ваше полное имя? Насколько я помню, когда Наталия знакомила нас, она назвала мне лишь ваше имя…