— Да уж… — прикрыв рот рукой, с легкой улыбкой качает головой Эдвард. — Похоже, ее планам не суждено было сбыться.
— О да, но она старалась, — бодро отмечает Терренс.
— И эта девочка поняла, что зря строила нам глазки и крутила бедрами.
— Что-то мне подсказывает, что она флиртует с любыми свободными парнями, которые сюда приходят.
— В любом случае у нее хороший вкус. — Эдвард с гордо поднятой головой слегка одергивает воротник своей джинсовой куртки. — Положила глаз на шикарного парня.
— О да, против меня еще никто не смог устоять, — с гордо поднятой головой говорит Терренс.
— Ну вообще-то, я имел в виду не тебя.
— А я про тебя вообще ничего не говорил.
— Ах, пофиг на эту девчонку, — машет рукой Эдвард. — Лично у меня уже есть та, которой принадлежит мое сердце.
— Да и мое сердце уже принадлежит кое-кому, — громко ухмыляется Терренс.
— Неужели ты не хочешь смотреть на других девушек?
— Нет.
— А когда будешь?
— Не знаю… Когда захочу.
— А захочешь ли ты?
— Хороший вопрос. — Терренс откидывается на спинку кресла, быстро окинув взглядом окружающую его обстановку. — На словах я уже свободен, а вот в душе все еще в отношениях. Хотя я не смогу найти замену, ведь Ракель одна. Ее никто не может заменить.
— Понимаю…
— Если честно, мысль о расставании для меня как кость в горле. Потому что мне не нужна никакая другая девушка, кроме Ракель. Я вряд ли смогу найти еще одну такую же, как она.
— Вот и у меня такая же проблема… — Эдвард откидывается назад, начав стучать по столику какой-то маленькой металлической штучкой, которую он находит у себя в кармане куртки. — Ибо сомневаюсь, что встречу кого-то лучше Наталии… Эта девчонка особенная. Совсем не похожа на тех, которых я знал.
— Ракель задала слишком высокую планку, которую другой девчонке будет сложно преодолеть, — уверенно говорит Терренс.
— Слушай, а может, нам не стоило сюда приходить? — неуверенно спрашивает Эдвард, быстро осмотревшись вокруг.
— Почему это?
— Просто девушки, вроде той официантки, могут подумать, что мы свободные. И они начнут с нами заигрывать и вертеть задницей, полагая, что мы клюнем на них и побежим спать с кем-то из них.
— Ну и пусть заигрывают сколько хотят!
— Если бы я не испытывал симпатию к Наталии, то ничего не имел бы против.
— Да ладно тебе, парень, расслабься! — бодро восклицает Терренс. — Мы ведь не собираемся нажираться в хлам, тусоваться здесь всю ночь и флиртовать с молодыми девчонками.
— Да ты посмотри вокруг! Сколько девушек буквально пожирают нас глазами! — Эдвард снова осматривается вокруг и замечает несколько молодых девушек, которые стоят вдалеке, с загадочной улыбкой поглядывают на него и Терренса и наматывают волосы на пальцы. — Вот смотри, как вон те девчонки смотрят на тебя! Явно мечтают о том, чтобы затащить тебя в постель.
— Может, они просто узнали меня, — предполагает Терренс. — Я ведь все-таки знаменит. Был провозглашен одним из самых сексуальных мужчин на планете. Вот они и смотрят в мою сторону. И мечтают обо мне.
— А тебе так и хочется!
— Я все еще молод и чертовски привлекателен. А значит, могу привлекать к себе внимание.
— В любом случае нам точно не стоит здесь задерживаться, — уверенно говорит Эдвард.
— Мы и не будем. Просто немного посидим здесь, выпьем что-нибудь, да и отправимся по домам. А эти красотки пусть вертят задницей сколько угодно. Мне абсолютно все равно.
— Ну не знаю… — Эдвард нервно сглатывает, выглядя немного напряженным. — Мне как-то неловко, если честно… Вроде бы у каждого из нас есть девушки, которых мы любим. Как-то неправильно, что мы находимся здесь…
— Да ладно, чувак, расслабься. Как будто у тебя отсох язык для того, чтобы отшить любую, которая начнет приставать к тебе. Стоит девчонке сказать, что ты уже занят или — тем более — женат, то она определенно потеряет к тебе интерес. Ее сдует быстрее ветра.
— Я знаю случаи, когда кольцо на пальце мужика и его статус несвободного человека не остановили девчонку.
— Ну да, бывает, не отрицаю. Однако таких немного.
— И это все-таки происходит… Так что не думай, что заявления о том, что ты женат, всегда помогут тебе отвязаться от той, которая захочет пристать.