— Я всегда выглядел намного моложе. И все удивляются, когда я называю свой настоящий возраст.
— Да уж, ну и дела…
В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Эдвард и Терренс со скромными смешками выпивают немного напитка из только что принесенных стаканов.
— Но только я удивлен, что в тебе нет ничего от мамы, — признается Терренс. — Ничто в твоей внешности не напоминает мне о матери. Ты и сам больше пошел в отца, По крайней мере, внешне.
— Полагаю, отцовские гены оказались намного сильнее, раз у него родились два очень похожих на него сына, — тихо усмехается Эдвард.
— А Джереми с Уильямом?
— Они больше на Изабеллу похожи. Не знаю… Мало что от отца взяли… Разве только что цвет волос и некоторые черты лица…
— Знаешь… Иногда мне так хочется, чтобы я вообще не был похож на отца, с которым меня постоянно сравнивают. Порой это происходит настолько часто, что меня это начинает дико раздражать.
— Да и мне не доставляет радости быть на него похожим.
— Мама постоянно мне об этом напоминает. И невольно порождает во мне все большую ненависть к этому человеку.
— Понимаю.
— Эй, а почему ты хотел уйти именно в восемнадцать лет?
— Просто долго не решался. Боялся, что не смогу выжить, оставшись без крыши над головой. Но поскольку мои конфликты с отцом и братьями стали просто невыносимыми, я реально на все плюнул. Я был готов жить хоть на улице, лишь бы не оставаться в доме с человеком, который никогда не хотел моего рождения.
— Жаль, что ты не нашел нас раньше. Мы бы все жили очень хорошо.
— У меня ведь не было вашего адреса. Да и не хотелось заявляться к вам домой и говорить, что я — твой брат, а та женщина — моя мать. Вы бы вряд ли поверили.
— А мне кажется, поверили. Мама уж точно узнала бы тебя.
— Даже если в последний раз она видела меня еще новорожденным?
— Да это же очевидно! Ты похож на отца! Уж поверь мне, если бы жил с матерью, то все было бы иначе. Она всегда обожала меня и была готова пожертвовать чем угодно, чтобы мне было хорошо. Мы жили очень дружно, хотя из-за подросткового возраста могли о чем-нибудь поспорить. Иногда я доставлял ей реально много проблем.
— Понимаю.
— Однако она всегда оставалась для меня близким человеком. У меня нет никого роднее и любимее нее. Если бы не материнская поддержка и забота, я бы не смог добиться всего, чего смог добиться за годы своей жизни. — Терренс отпивает немного напитка из своего стакана. — Она долгое время была моей мощнейшей мотивацией. Именно ради нее я и решил сниматься в кино. И отдавал большую часть заработанных денег ей. Я с детства мечтал найти хорошую работу, зарабатывать много денег и сделать все, чтобы моя мама ни в чем не нуждалась.
— Эй, а она знает о твоем конфликте с Ракель? — уточняет Эдвард.
— Знает. Но она не отвернулась от меня.
— Правда?
— Узнав, что произошло между мной и Ракель, многие мои друзья отвернулись от меня, считая моя ублюдком. Мол один раз поднял руку на девушку, так буду делать это всегда… Никто не захотел слушать мои оправдания… Никто, кроме матери… Да, она осудила меня и была сильно разочарована во мне. Но мать не бросила меня. И делала все, что могла, чтобы как-то помочь мне. Долгое время она была единственной, кто был на моей стороне. Ну а сейчас на моей стороне еще и вы с Наталией. И может быть, тетя Ракель.
— Значит, еще не все потеряно. Однажды и твои друзья поймут, что ты этого не хотел, и снова начнут общаться с тобой. Поймут, что ты не сделал ничего плохого конкретно им, а твой конфликт с Ракель — это исключительно ваше дело.
— Да я рад хотя бы тому, что у меня есть поддержка матери. Она доказывает, что любящая мать будет всем сердцем любить своего ребенка и оставаться на его стороне, несмотря ни на что. Каким бы плохим он ни был.
— Ох, у тебя хотя бы была материнская любовь, — тихо вздыхает Эдвард. — А у меня никогда не было поддержки и любви родителей. Я был предоставлен самому себе. Только в компании своих друзей, которых у меня в то время было не так уж и много, я мог забыть о том, что происходит дома. Мог забыть, что отец, мачеха и единокровные братья не любили меня, даже если я никогда не делал им ничего плохого. Забыть, что в том доме я никому не был нужен.
— А Джереми и Уильям тоже получали мало внимания?
— Нет, наоборот. Им доставалось все внимание отца и Изабеллы. И от этого мне было еще обиднее. Да, я знаю, что они младше меня и должны были получать больше заботы. Но это не значило, что у них было право забыть про старшего ребенка.
— Понимаю.
— А ты и правда ни разу с ними не встречался?