— О, господи…
— Той девушке требуется сложная операция, которая делается где-то за границей, но она стоит бешеных денег, а для Кристианы это огромная сумма.
— И она пытается ее заработать?
— Да. Я как-то хотел предложить ей свою помощь и оплатить хотя бы часть суммы, но она наотрез отказалась и сказала, что будет сама искать деньги на лечение.
— Ого! — прикрывает рот рукой Ракель. — Не знала, что у нее тяжело больная дочь, да еще и с инвалидностью.
— Сам был в шоке, когда узнал это.
— Надо же… А мне все казалось, что Кристиана находится в прекрасном расположении духа.
— Да, но это лишь так кажется. На самом у нее горе.
— Боже мой… — Ракель тяжело вздыхает и поджимает колени под себя. — Иногда жизнь бывает слишком несправедлива по отношению к некоторым людям…
— Это верно, — слабо кивает Терренс. — Эта женщина никогда не показывает своих эмоций, блестяще выполняет свою работу и руководит остальными. О такой прекрасной служанке могли бы мечтать многие богатые люди. Хотя все мои служанки хорошие. Любому, кто даст им работу после того, как я отпущу их и уеду отсюда, крупно повезет заполучить столь трудолюбивых людей.
Терренс замолкает на пару секунд, молча рассматривая дальние горизонты и морскими волнами.
— Но как я уже сказал, у меня есть только один знакомый, который ищет служанок, — задумчиво добавляет Терренс. — Хотя я обязательно поспрашиваю других и узнаю, не нужны ли им горничные. И надеюсь, что я успею все сделать до того, как мой дом будет продан.
— Ты и правда хочешь уехать отсюда? — с грустью во взгляде спрашивает Ракель.
— А что мне остается? Я хочу забыть все плохое, что здесь когда-то происходило. Хочу… Начать жизнь заново…
Терренс нервно сглатывает, на самом деле сомневаясь в том, что ему стоит уезжать отсюда, и намеренно решив убедить Ракель в том, что он не хочет оставаться в своем родном городе. Он делает это потому, что хочет проверить ее реакцию. Хочет знать, так ли сильно девушка хочет спасти их отношения и остаться с ним. Захочет ли она попытаться остановить его или же спокойно, без криков и выдранных на голове волос отпустит.
— Может быть, ты получше подумаешь о своем решений? — с грустью во взгляде слабо качает головой Ракель.
— Уже подумал, — уверенно произносит Терренс.
— Пожалуйста, Терренс, подумай хорошенько! Неужели ты готов бросить здесь тех людей, с которыми дружил? Которых любил… — Ракель на секунду замолкает и тихо шмыгает носом. — Которых до сих пор любишь…
— Нет, Ракель, все уже решено! — слабо качает головой Терренс. — Я должен сделать это. Должен начать свою жизнь с чистого листа.
— Неужели ты хочешь все бросить только из-за того, что у тебя пропала мотивация что-то делать?
— Верно… Мотивация пропала.
— А как же твоя актерская карьера?
— Я ее закончу.
— А карьера музыканта, которую ты так хотел начать? У тебя же огромный талант к музыке! Ты так здорово поешь и играешь на гитаре! Такой талант не должен пропадать! И вообще, ты должен был намного раньше показать его!
— После стольких неудачных попыток пробиться в музыкальный мир я все больше начал думать, что стать музыкантом — не моя судьба.
— Ничего страшного, не все достается легко и сразу. Я уверена, что рано или поздно найдется хотя бы один человек, который захочет помочь тебе записать, по крайней мере, одну песню.
— Я не расстраиваюсь из-за этого. Все что ни делается, все к лучшему… — Терренс бросает мимолетную улыбку. — Раз у меня ничего не получилось, значит, я буду искать что-то другое.
— Но ведь многие люди неоднократно пробуют что-то сделать и терпят неудачи. Однако если очень захотеть и стремиться к своей цели, то рано или поздно удача улыбнется тебе.
— Сейчас я хочу только одного — уехать отсюда как можно дальше и жить там, никто не знает даже мое имя. Где я буду для всех обычным человеком… Может, я даже возьму себе другое имя и буду не Терренсом МакКлайфом, а кем-то другим. Уверен, что после нескольких недель путешествия по всему миру я найду место, которое будет идеально мне подходить.
Терренс с грустью во взгляде тихо вздыхает, решив применить все свои актерские способности для того, чтобы показаться Ракель более убедительным и разочаровавшимся в себе и своей удачи.
— Мне все равно, где жить, — более низким голосом добавляет Терренс. — Я не боюсь трудностей, голода и холода. Если я захочу жить на каком-нибудь необитаемом острове, то меня это не испугает.