— Интересно, чем же они решили заняться после того, как этот парень выставил тебя и второго вашего друга за дверь? — задается вопросом Ракель, бросив взгляд в сторону.
— А чего тут гадать? Обнимались и целовались, разумеется! Что же еще они могли делать вдвоем. Пока мы с Питером провели время вместе и обсудили некоторые варианты идей для названия нашей группы, наш дружок расслаблялся и устроил себе небольшой отдых после того, как два часа пиликал на басу.
— И как же вы решили себя называть? — проявляет интерес Наталия. — У вашей группы ведь и правда нет никакого названия. Как вы собирайтесь называть себя во время выступлений у «The Loser Syndrome» на разогреве?
— К сожалению, мы пока ничего не придумали, — слабо пожимает плечами Терренс. — Пока что-то ничего в голову не приходит.
— Придумайте что-нибудь из инициалов ваших имен, — предлагает Ракель.
— Э-э-э, нет, это нам не подходит.
— Или используйте свои имена, — предлагает Наталия. — Соедините их вместе.
— Аналогия Текель и Эталии?
— Типа того.
— Ладно, тогда ты придумай нам какое-нибудь название. Раз уж ты специалист по подобным делам.
— Ну э-э-э… — Наталия немного чешет висок. — Даже не знаю… Надо подумать…
— Но честно говоря, нам это тоже не подходит. Мы вообще не хотим использовать имена для названия группы.
— Ну тогда мы не знаем, что вам предложить, — разводит руками Ракель.
— Хотя времени остается все меньше и меньше. Тур начинается уже в конце июля, а мы только более-менее разобрались с песнями, хотя есть еще парочка вещей, которые надо обсудить.
Даже если Эдвард и участвует в разговоре, он все равно большую часть времени молчит и выглядит каким-то задумчивым и не слишком уверенным в себе, часто одергивая рукав своей джинсовой куртки и скромно поедая то, что лежит у него на тарелке, которую иногда царапает вилкой.
— Могу подумать над идеями, если хотите, — тихо говорит Эдвард. — Раз для песен вдохновение есть, то и для названия группы тоже что-нибудь придумаю.
— Было бы неплохо, — с легкой улыбкой отвечает Терренс. — А то мы с парнями уже все голову сломали, пытаясь придумать название для нашей группы.
— Да ладно, если у меня будут какие-то идеи, то я обязательно скажу об этом, — взяв что-то со своей тарелки и с руки быстро съев ее, с легкой улыбкой говорит Ракель.
— Я тоже обещаю подумать над этим, — скромно улыбается Наталия, перемешивая содержимое еды в ее тарелке.
— Ах, ребята, чтобы мы без вас делали, — слабо качает головой Терренс.
Все сидящие за столом широко улыбаются и несколько секунд молча едят довольно вкусный ужин, который всем пришелся по душе.
— А я, кстати, готовлюсь снова начать работать, — уверенно говорит Ракель. — И в ближайшее время мне точно некогда будет скучать.
— О боже мой… — хмуро бросает Наталия, скрестив руки на груди. — Только не говори, что ты опять будешь работать как проклятая и заработаешься так, что напрочь забудешь про своего парня и начнешь шарахаться от него, как от чужака. Ну а мы все будем пытаться вдолбить в твою голову, что тебе стоит сбавить обороты.
— Нет-нет, такого больше не повторится. И про своего парня я точно не забуду. — Ракель с легкой улыбкой на секунду кладет голову Терренсу на плечо. — Должна признаться, случай с Рингером заставил меня на многое посмотреть иначе. Я начала понимать, что люди были правы, когда они говорили мне, что стоит притормозить и взять перерыв. Ведь… Все это и правда сильно вымотало меня. В последние несколько месяцев я была какой-то машиной, которая работала без остановки.
Ракель тихо вздыхает и заправляет прядь волос за ухо.
— Я не думала, что существует какая-то граница, — добавляет Ракель. — И бралась за несколько дел одновременно. К тому же, я хотела делать все идеально… Была карьеристкой, которая не совсем была готова к переменам в жизни. Которая просто сделала то, чего от нее хотели. Ее хотели видеть рядом с мужчиной — я исполнила их желание. И… Решила, что можно послать всех к черту и продолжить заниматься своим делом. Конечно, я до сих пор удивляюсь, что мне удавалось делать кучу дел одновременно… Но… Когда я заканчивала все свои дела, то чувствовала себя опустошенной… Как будто у меня закончились все силы. Не было желания с кем-то разговаривать, что-то делать, кого-то слушать… Я просто хотела лежать платом и отдыхать.
Ракель замолкает на пару секунд.
— Сейчас… — тихо произносит Ракель. — Сейчас я понимаю, что больше не хочу работать в таком темпе. И… поклялась себе больше никогда не брать на себя такую нагрузку. Я хочу пересмотреть свой график и браться только за ту работу, которая мне интересна. А не соглашаться на все подряд.