— Согласна, у нее превосходный вкус. Мне нравится, что ее главное правило в одежде — это минимализм. Нет ничего лишнего. Все просто, но со вкусом.
— Насколько я знаю, эта Паулина работает еще и над мужской одеждой, — задумчиво говорит Эдвард.
— Да, мужские коллекции она тоже выпускала, — дружелюбно отвечает Ракель. — Но в последние несколько лет больше специализируется все-таки на женской одежде.
— В ее коллекциях есть очень хорошие вещи, которые мне нравится. Правда они все стоят бешеных денег. Я бы не смог купить хотя бы одну рубашку или пару брюк, даже если бы пошел на три работы. Хотя я однажды видел ее одежду в каком-то магазине. И должен отметить, что на ощупь она оказалась просто шикарной. Видно, что сделана из дорогих материалов.
— Верно, для пошива она использует только самые лучшие и дорогие ткани, привезенные из разных уголков света. Говорят, что кто-то даже делает их специально для нее.
— Ее одежда безумно дорогая, по крайней мере, для меня, но цена оправданная. Ради такого качества я бы отдал любые деньги.
— Эй, Эдвард, а откуда у тебя такие познания в моде? — по-доброму усмехается Терренс. — Да еще и понимаешь, какой материал дорогой, а какой дешевый.
— Ну вот представь себе, я способен отличить хорошую ткань от плохой, — уверенно отвечает Эдвард.
— Вот уж не думал, что раздолбай, который носит, мягко говоря, старые поношенные вещи, способен разбираться в этом.
— Я ношу старье, потому что мне едва хватает денег на жратву и некоторые необходимые вещи.
— Слышь, а ты никогда не думал когда-нибудь пойти в модельное агентство, подписать контракт и рекламировать какую-нибудь мужскую одежду? Народ бы любовался на твою милую мордашку и пытался бы угадать секрет твоей молодости… Подумали бы, что ты миленький восемнадцатилетний парнишка со смазливым личиком. Но обалдели бы, когда узнали, что тебе на самом деле двадцать пять.
— Знаешь, а я был бы не прочь подработать моделью, — задумчиво отвечает Эдвард, делает пару глотков воды и откидывается на спинку стула. — Конечно, музыка всегда будет моей главной страстью, но я бы с радостью снялся для какой-нибудь рекламы одежды. Мне кажется, модельный бизнес — это круто.
— Если тебе когда-нибудь поступит подобное предложение, то ты всегда сможешь спросить совета у Ракель, — с легкой улыбкой говорит Терренс. — Ведь она у нас профессионал в этом деле.
— Уверена, что если бы все узнали о твоем братце, то он точно получил бы какое-нибудь предложение о работе, — скромно хихикает Ракель. — Эдвард мог бы стать любимчиком публики, благодаря, как ты сказал, милому личику. Маленькие девочки любят симпатичных парней.
— Да, а я бы в таком случае бегала за ним и следила, чтобы на него никто не положил глаз и не захотел у меня украсть, — шутливо говорит Наталия, прижавшись поближе к Эдварду и мило потрепав его за подбородок.
— О, поверь, Наталия, тебе это не грозит, — уверенно заявляет Терренс. — Мой братец и так слишком долго ждал, когда ты перестанешь от него бегать и поймешь, что он на самом деле любит тебя. Верно, малой?
— Верно! — широко улыбается Эдвард и мило трется щекой об висок Наталии. — Если где-то в моих нереальных мечтах я и стану известным, то уж точно никогда не посмотрю на другую девушку и не брошу Наталию. Никакая слава не отнимет у меня то, о чем я так долго мечтал.
Все скромно улыбаются и замолкают на несколько секунд, чтобы съесть немного содержимого с их тарелок. В этот момент к их столу подходит Виолетта и наливает еще немного кристально чистой воды в их фужеры из красивого стеклянного кувшина.
— Да и вообще, иногда мне кажется, что в какой-то степени мы стали друг другу родными, — признается Наталия. — По крайней мере, для меня вы все очень близки и стали будто бы моей семьей.
— Это верно, — уверенно кивает Эдвард. — Неважно, какой у вас статус в обществе — вы всегда будете для нас близкими людьми, с которыми приятно проводить время. И я очень рад, что смог поладить с каждым из вас. Рад, что вы… Приняли меня.
— Я считаю, что мы и есть семья, — с легкой улыбкой отвечает Ракель. — Терренс — мой возлюбленный. И я с радостью приняла Эдварда как его брата. А Наталия всегда была для меня как родная сестра. И меня бросает в дрожь от мысли, что я могла потерять такую прекрасную подружку. За многие годы мы очень многое пережили и неоднократно выручали и поддерживали друг друга. Лучшего друга мне не найти…