— Хоть их отношениям рано или поздно все равно придет конец, я сделаю все, чтобы ускорить этот процесс. Чтобы уже никакое самое сильное сексуальное влечение не стало поводом оставаться вместе.
— Да, Саймон, да! Настройте этого актеришку против нее! Настройте!
— И у меня также есть идея, как заставить его серьезно обозлиться на нее. — Саймон хитро усмехается. — Эта девочка останется совсем одна. Наедине со своими проблемами. А помочь ей будет уже некому. Никто не захочет помогать этой звездульке подиума и глянцевых журналов.
— Кстати, а вы вроде бы говорили, что у вас есть кое-какая тайна, которая убьет Ракель наповал.
— Да, но пока я тебе ничего не расскажу.
— Я не об этом. Просто хочу узнать… Вы собирайтесь говорить ей об этом сейчас или как-нибудь потом?
— Нет, Ричард, не сейчас, — слабо качает головой Саймон. — Наносить удары я буду по мере возрастания причиненной ей боли. Каждый новый удар будет уничтожать ее морально. А может быть, даже и физически.
— Это типа как в случае с бухлом, когда ты с каждым разом пьешь все более крепкий напиток?
— Что-то вроде того. Поначалу ей будет казаться, что она сможет это пережить. Но каждый мой удар будет все более сильным. А когда я дойду до самого пика, то девчонка будет уже очень сильно изведена. Она буквально ослабеет.
— Слушайте, да я так понимаю, у вас целая куча идей! — бодро отмечает Ричард.
— Верно… — Саймон хитро улыбается. — У меня очень много разных идей для мести. И я даже не знаю, что мне осуществить сначала… И осуществлять ли мои идеи вообще…
— Делайте то, что вы бы хотели сделать, — советует Ричард. — Не сдерживайте себя.
— Я и не сдерживаю. И как бы то ни было, одно я знаю точно. — Саймон переводит взгляд на Ричарда. — Пусть все ужасные события происходит в хронологическом порядке. Пусть каждое последующее событие будет страшнее первого. Так будет намного интереснее.
— Не сомневаюсь, что у вас все получится, — с гордо поднятой головой отвечает Ричард.
— А я — тем более. Не сомневаюсь.
Саймон начинает тихонько смеяться, гордо приподняв голову, пока Ричард смотрит на него с хитрой улыбкой на лице. Он нисколько не сомневается в том, что его план сработает очень точно. Знает, что это действительно может окончательно свести Ракель с ума и уничтожить ее морально и физически. Этот мужчина уверен, что на этот раз ничто не помешает ему добиться своей цели и сделать все, чтобы отомстить девушке, которой он также очень хочет рассказать что-то, что определенно может привести ее в шок.
***
А в это время Терренс решает поговорить с Ребеккой МакКлайф, своей родной матерью. Видно, как дрожат его руки, пока он набирает номер своей матери. Мужчина сильно нервничает и ходит из одной в стороны в другую до того, как он наконец-то получает ответ от женщины, которая быстро начинает подозревать, что ее сын что-то скрывает.
— У меня складывается впечатление, что что-то заставило тебя позвонить мне, — уверенно говорит Ребекка. — То твоя мать была не нужна тебе, а то вдруг решил позвонить ей.
— Боже, мама, как ты можешь такое думать! — недоумевает Терренс. — Ты обижаешь меня, если подумала, что я позвонил тебе только потому, что мне что-то от тебя нужно.
— Я понимаю, что у тебя своя жизнь, и ты занят ею. Но это как-то странно…
— Почему же странно? — искренне удивляется Терренс. — Разве я не могу позвонить своей матери и спросить, как у нее дела? Узнать, не нужна ли ей моя помощь… Может, тебе нужны деньги…
— Послушай, сынок, если у тебя какие-то проблемы, то лучше говори сейчас. Я должна знать о них до того, как с тобой что-то случится.
— Я же сказал, что у меня нет никаких проблем, — старается говорить спокойно и без волнения Терренс. — Мой звонок был вызван беспокойством. Желанием убедиться в том, что с тобой все в порядке.
— Не обманывай меня, Терренс. Ври кому хочешь, но только не мне, своей матери.
— Я и не обманываю тебя… — неуверенно врет Терренс и слегка прикусывает губу. — Не обманываю.
— Предупреждаю, я не хочу, чтобы сейчас ты промолчал о своих проблемах, а потом слишком поздно узнать о том, в какие передряги тебя угораздило влипнуть, — уверенно отвечает Ребекка. — И не быть в состоянии помочь тебе.
— Все хорошо, мама, не беспокойся, — спокойно говорит Терренс, чувствуя себя неловко из-за того, что он врет своей матери из-за нежелания волновать ее и шокировать тем, что сейчас происходит.
— Поделись своей бедой, дорогой. Я обязательно помогу тебе, если мне это будет под силу. Ты же знаешь, что я готова на все ради тебя.