Пришлось отказаться от намерения взять город штурмом и перейти к длительной осаде. Одна часть римской армии расположилась укрепленным лагерем с юго-востока, другая — с северо-запада. Карфагеняне высадили крупные силы (25 тыс. пехоты, 3 тыс. конницы и 12 слонов) на юго-западном побережье Сицилии. Марцелл, занятый осадой и подавлением антиримского движения в других городах, не смог помешать падению Агригента. Хотя он и получил из Рима подкрепления в размере 1 легиона (с прежними это составило 4 легиона, да и то неполных), однако римские силы все же были далеко не достаточны. Карфагенская армия подошла к Сиракузам с юго-запада и стала лагерем в некотором отдалении от южной римской армии. Но и карфагеняне не были настолько сильны, чтобы атаковать укрепленные римские позиции и помешать осаде.
Ранней весной 212 г. Марцеллу удалось завладеть Эпиполами, западной частью Сиракуз, воспользовавшись для этого праздником Артемиды, когда гарнизон был пьян. Ночью римский отряд с помощью штурмовых лестниц перебрался через низкое место северной стены и открыл ворота, через которые в Эпиполы вошла вся северная римская армия.
Но в руках сиракузского гарнизона оставались другие части города, имевшие особые укрепления. Карфагенская эскадра, пользуясь сильным ветром, прорвалась в гавань и помогала осажденным, а их сухопутные войска висели постоянной угрозой над римлянами. К счастью для последних летом 212 г. в карфагенском лагере вспыхнула эпидемия, вызванная убийственным климатом болотистых окрестностей Сиракуз. Хотя болезнь проникла и к римлянам, но у тех жертв было меньше. Что же касается карфагенян, то у них погибла почти вся армия вместе с полководцами.
Настала весна 211 г. Карфагеняне сделали еще одну попытку помочь Сиракузам с моря. Большой военный флот вместе с транспортными судами, нагруженными продовольствием, направился к осажденному городу. Но его командир испугался вышедшего ему навстречу римского флота и отступил. Тем самым судьба Сиракуз была решена. Римская партия начала с Марцеллом переговоры о сдаче. Это вызвало раскол между гарнизоном, не желавшим сдаваться (среди него было много римских перебежчиков), и гражданами. Во время беспорядков, вспыхнувших в городе, удалось убедить одного командира наемников открыть ворота на острове Ортигии, после чего сдалась и Ахрадина (старый город).
Марцелл поступил с Сиракузами, как с завоеванным городом, т. е. отдал его на разграбление. Во время грабежей погиб и Архимед, убитый каким-то римским солдатом. В руки римлян попала огромная добыча, которая пополнила истощенную государственную казну. Множество предметов искусства и роскоши было уничтожено грубыми римскими солдатами, но немало их было увезено в Рим.
После падения Сиракуз задача покорения остальной Сицилии не представляла большого труда. В 210 г. из-за измены пал Агригент, после чего остатки карфагенян очистили остров.
В ходе войны восстановление римского господства в Сицилии имело очень большое значение. В план Ганнибала как одна из его составных частей входило создание вокруг Рима враждебного кольца внеиталийских государств. Сицилия, казалось, была в этом кольце самым крепким звеном. И вот оно лопнуло, не продержавшись и 5 лет!
I македонская война
Македония должна была служить вторым звеном. Мы знаем о враждебных чувствах Филиппа V к Риму из-за Иллирии. Македонский царь внимательно следил за ходом войны и после поражения римлян при Тразименском озере постарался развязать себе руки заключением мира с этолянами (в г. Навпакте в сентябре 217 г.). Вскоре после этого он начал военные действия в Иллирии. В начале лета 216 г. македонский флот вошел в Ионийское море и поднялся к северу почти до Аполлонии. Но, узнав о приближении римлян и не имея сведений о величине их эскадры (у них было только 10 линейных судов), Филипп испугался и поспешно отступил в Македонию. В это время разразились Канны. Вопреки общему мнению всех врагов Рима, жестокое поражение не принудило римлян склонить голову: онимужественно продолжали борьбу. Положение Ганнибала в Италии, как мы видели, было вовсе не таким блестящим, каким оно могло показаться на первый взгляд. Это заставило его пойти на союз с Македонией, о котором Филипп давно мечтал.
Летом 215 г. в лагерь Ганнибала явились македонские послы, с которыми был заключен предварительный союзный договор. Текст договора приводит Полибий в одном отрывке VII книги. Начало его звучит так: