- Та ме - "дай мне"
Ну я и сыпанул жменьку, думал он как и я, по чуть-чуть посыпать будет, а он возьми да и закинь все сразу в рот. Пару секунд он еще крепился, а потом начал плеваться, тереть язык, рожи корчить. Остальные аж напугались. Дальше последовал, как приблизительно я перевел, следующий диалог.
- Что? Что случилось, Хатак? - загомонили охотники.
- Шаман Петр ест горький камень! Он дал мне тоже попробовать - ужас! - трет язык Хатак.
- Шаман Петр ест горький камень! Почему? Зачем? - удивляются охотники.
- Потому что Петр - это и значит - камень. Может горький камень - это камень его силы? Значит правильно его нужно называть Горький Камень - предполагает Ходок.
- Да, да - соглашаются остальные - точно, шаман Горький Камень, да!
- Не просто шаман Горький Камень, тупицы, где вы видели, как другие шаманы достают огонь из руки и едят горький камень? Он - Большой шаман Горький Камень.
- Да, да - трясут бородами остальные - точно, Большой шаман Горький Камень.
Ну, конечно не один в один, но что-то подобное точно говорили. И стех пор я и стал Магут шаам Хори Каман. Но не этот, по сути, комичный момент был важным, а то, что последовало дальше. Поднявшись, Хатак быстро сходил и принес одну из котомок. Развязав горловину мешка, он раскрыл его и пододвинул ко мне - Зрит - "смотри".
В котомке находились грязно-серые крупные кристаллы вперемешку с песком. Я взял один из них и осторожно лизнул - да, точно - это соль. Нормальный галит, без какой либо горечи. Значит, в котомках они несли соль и в каждой такой котомке, судя по объему, килограмм по двадцать. Куда и откуда они ее несут? Добывали или меняли? Очень важные вопросы, на которые необходимо найти ответы. Нужно срочно учить язык.
С утра самочувствие было не ахти. Кости ломало, мышцы тянуло - еще бы, так вчера нагрузил организм, да в моем возрасте. Но ни чего, пока сходил умыться, туалет, то се... на удивление достаточно быстро пришел в норму. Вчера, после того как поели, я почувствовал, что вырубаюсь. Только и успел кинуть одеяло на подстилку из травы и листьев. Думал, посижу, с дедом пообщаюсь, поучу слова... куда там!
Молодой вовсю шуршал возле костра. Первый и Второй, съев на двоих суслика, уже ушли на охоту. Хатак неторопливо ощипывал куропаток.
- Хао Хатак! - поприветствовал я деда, как делали киношные индейцы, типа пошутил.
- Хао Хори Каман! - совершенно серьезно ответил Хатак.
Я как стоял, так сразу и сел. Вот это пошутил! Пальцем в небо! Или не в небо. Североамериканские индейцы, по сути, переселенцы с евразийского континента во времена оледенения. И это приветствие, часть протоязыка на котором, как утверждают ученые, когда-то говорили все люди. Неудивительно, что я так быстро стал понимать, что мне говорят. Элементарный язык проще в изучении, чем сложно-развитый. Ме - мне, та - дай, нанаг - нога, каман - камень, хы - ты. А зрит - смотреть, это вообще древнерусское зрить - смотреть, отсюда зрак - глаз. Немецкое гут - хорошо, тут - гуг, ых - немецкое ихь - я, ватла - ватер - вода, нан - найн - нет. Поляки и сейчас говорят - так - да. А еще магут - большой, то есть - могучий, шаам - шаман, хатат - ходить. Неужели все так просто?! А с другой стороны, почему и нет? Новые слова рождаются не быстро, трансформация языка от простого к сложному, как опять же утверждают ученые, очень длительный процесс. Практически во всех индоевропейских языках встречаются единые, древние корни. Здешнее слово дах - ударить, как я думаю, вообще производное от действия. Ого - удивление, и у нас - ого. Только если я скажу - Ты удивил меня, то Хатак скажет - Ого ме хы.
С жестами еще интересней. Многие - практически один в один. Я заметил, что жесты и мимика играют большую роль при общении, чем в мое время. Здесь очень четко видно, что язык жестов появился как бы не раньше звукового.
Но сильно углубиться в эти мысли я не успел, потому что из-под навеса раздался слабый голос раненого и Хатак, а за ним и я, поспешили к нему. Его затуманенный взгляд еле сфокусировался на нас. С трудом, но опознав деда, он сделал слабое движение рукой к потрескавшимся губам.
- Воды - крикнул дед Молодому, а сам скинул шкуру, внимательно осмотрел и понюхал раны. Я тоже принюхался, но вроде характерного сладковатого запашка не уловил. Хотя зрелище, конечно... .
- Э? - спросил у меня дед.
Я неопределенно пожал плечами, мол - пока вроде нормально, пациент скорее жив, чем мертв. Тут приковылял Молодой, и попытался сунуть в рот раненому какой-то волосатый, грязноватый бурдюк. За что, тут же получил от меня подзатыльник - не надо пихать в рот парню всякую гадость, ему и так хреново. Пока Молодой непонимающе хлопал глазами я сходил и принес полторашку и поднес ее к губам раненого. Почувствовав воду, тот жадно стал пить. Подняв брови, дед многозначительно посмотрел на Молодого, мол - ты понял, на сколько большой шаман Горький Камень, у него даже вода сама в воздухе висит.