Умылась, приняла душ, заплела французскую косу, надела комбез и, шнуруя берцы, спросила у вбежавших Лусии с Инес, где полоса препятствий. Посмотрела на растерянные личики, вздохнула и спросила, где командор. Опять растерянный вид… Они издеваются? Потом подумала, что горничные могут и не разбираться в чинах. Вспомнила ещё, что командора приветствовали как адмирала. К счастью, командор явился сам. Вышла к нему в гостиную. Подумала, что его хорошо воспитывали. Он ни разу не зашёл ни в мою спальню, ни в ванную, если я там находилась.
– Миранда, ты спустишься к завтраку?
– Я хотела пробежаться по полосе препятствий. У тебя есть такая на а-си-ен-де?
– Разумеется. Пойдём, покажу.
Очень довольный командор повёл меня в один из дворов на задах особняка. Полоса препятствий примерно как в Академии. Или в резервации. Не торопясь, прошла её всю. Торопиться не стала, потому что возможны сюрпризы, незаметные при беглом осмотре. Судя по хитрым глазам командора, такие сюрпризы есть. Но для первого раза мне оказано снисхождение.
Ознакомилась со стрельбищем, покидала ножи в мишень. Спросила насчёт боевого лука, командор пообещал, что позже мы проедем к мастеру и я смогу заказать себе лук по руке. Сегодня он мною доволен. Странно, он что, ожидал от меня попыток покончить жизнь самоубийством? Дикость какая!
Отправилась переодеваться. Завтракаем мы ещё вдвоём. А вот к обеду соберётся почти всё семейство. Приняла душ, села в махровом халате перед зеркалом. Лусия причесала меня щёткой и заколола волосы в объёмный пучок, забрав его под сетку с бриллиантовыми розетками, Инес, одновременно с этим, полирует мои ногти. Спросила, к чему такая срочность? Ответили, что это приказ сеньора. Странно это всё…
Нацепила патрицианские тряпки, вышла в гостиную. Командор расхаживает по ней как разъярённый тигр. Не говоря ни слова, взял меня на руки и шагнул из окна на платформу. Она может лететь и быстро. Тем более, что далеко лететь не пришлось. Загрузились во флаер, и рванули… на другую сторону планеты.
– Мы торопимся?
– Догоняю вчерашний день, Миранда.
Высадились на площади перед собором. Возле распахнутых дверей дежурят его ребята. Мор… лица, во всяком случае, знакомые. Командор вынес меня из флаера, и позволил встать на ноги только при входе. Провёл до алтаря, и поставил рядом с собой перед жрецом. Сообщил жрецу свою волю, и короткий обряд сделал меня женой командора Алонсо. Из храма в таком же спешном порядке мы рванули в мэрию. И за три минуты до наступления в этом городе сегодняшнего дня, вытащенный уголовниками командора из постели, мэр зарегистрировал брак чистокровной Миранды из рода Агриппы и герцога Алонсо Мигеля Ксавьера Морадо де ла Модена-Новарро. Услышав полное имя мужа, я сказала только "ой". Все рассмеялись. А мне совершенно не до смеха! Что это за брачный спринт?!!
Флаер на высокой скорости доставил нас в особняк, являющийся местной резиденцией герцогов де ла Модена-Новарро. Командор выскочил ещё до приземления, выгрузил меня, и не отпуская, пронёс внутрь через предупредительно открытые двумя его парнями двери. Потрясающая организация. С момента выхода через окно, командор остановился только дважды: перед жрецом, и перед мэром.
– Для чего мы здесь?
Я знаю для чего, просто мне интересно какими словами он будет мне объяснять необходимость немедленно улечься в койку. Вместо объяснения получаю белозубую улыбку вкупе с насмешливым прищуром синих глаз. Опять меня на руках несут по всему дому. На этот раз прямо в кровать. Разозлилась страшно. Придала руке форму когтистой лапы местных звериков и… была перехвачена, остановлена, каждый пальчик распрямлён и поцелован, причём блокирована возможность действовать второй рукой. Паллу потеряли ещё возле кровати. В процессе увлекательной борьбы, лишилась столы. Герцог расхохотался:
– Миранда, не торопись. Мы всё успеем.
– Я тебя убью! Ты слышишь, Алонсо Мигель Ксавьер Морадо де ла Модена-Новарро?
– Какая память! Я в восхищении, жена моя!
Потом, посерьёзнев, сказал:
– Миранда, домой ты должна вернуться моей женой. Это важно. Я клянусь, что все положенные серенады, букеты, прогулки под лунами, ты получишь.
– Серенады?
Задумалась… Мне никогда никто не пел серенады. Вителлий Север играл… Но играл для себя, вкладывая в музыку то, что не мог облечь в слова. И меня при этом выставлял из кают-компании…
Потеряв бдительность, лишилась и туники. В общем, домой мы с командором вернулись семейной парой. Повторилась ситуация с Вителлием Севером. Он не обратил внимания на моё сопротивление, использовав реакции моего тела против меня. Красавцу Алонсо я не сопротивляюсь. Горю от страсти и бьюсь в пароксизме наслаждения, наполняя супружескую спальню криками радости. А когда эйфория схлынула, я впала в истерику. Муж не пытался меня успокаивать, содрогающуюся от беззвучных рыданий, завернул в паллу и перенёс порталом на асиенду. Опять в спальню. Крепко поцеловав, командор сказал: