– У тебя семь минут, удивительная. Через семь минут мы вместе спустимся в большую гостиную.
Быстро успокоилась, влезла в душ, потом умылась холодной водой, чтобы убрать следы слёз. Создавать одежду некогда. Надела красное аксамитовое платье, в котором прибыла в резиденцию командора. Пока девочки меня причёсывали, раздумывала… Почему такая спешка? Командор опасается, что меня похитят? Границу преодолеть не могли. Если бы граница была проницаемой, ройхи бы сделали это без всяких достижений цивилизации. Или могли? Не получится ли так, что я буду объяснять Вителлию Северу почему я так скоропалительно оказалась женой (!) командора, сходящей с ума от его близости?
Конечно, во время бракосочетания я подала секретный знак "говорю под принуждением". Вспомнила, как Вителлий Север учил нашего сына. Меня не учил… А теперь уже и не знаю… Наверное, правильно сделал, что не учил… Мне уже не хочется, чтобы меня спасали. А муж мой нагло врёт, что я не могу доставить ему удовольствие… Опять разозлилась, вспомнив… "Миранда, об удовольствии от близости с тобой не может быть и речи".
– Миранда, не полыхай глазами. Я тебе всё объясню позже.
– Я о своём. Я уже поняла, что ты получил какое-то известие, заставившее тебя форсировать брак.
– Форсировать… Какая терминология! Сразу видно жену военного.
Задумчиво рассматриваю полированные ногти… Потом мужа…
– Полегче, удивительная. С меня хватит и расцарапанной спины.
Пунцовую от смущения, меня препроводили в большую гостиную. Нас дожидаются несколько мужчин и женщин в богато расшитой гражданской одежде и курьер в форме. Штатские, – вероятно, родственники. Судя по эксклюзивным украшениям дам. А вот курьер?
– Герцог де ла Модена-Новарро, срочный пакет от Главы Регентского Совета.
Герцог молча протянул руку. Ой, что-то мне кажется, что с содержимым пакета мой муж уже ознакомился. Быстро пробежав глазами текст короткого послания, командор обратился к курьеру:
– Тебя ознакомили с содержанием?
– Да, альмиранте. Сопровождение для чистокровной ожидает на границе.
– Можешь возвращаться. Свою жену я не отдам. Так и передай Главе. Я позже свяжусь с ним лично.
– Но указ Повелителя…
– Обратной силы не имеет. Я женился вчера. Регистрационная запись уже в реестре Великих домов. Разрешаю идти.
– Слушаюсь, альмиранте!
Разворот кругом, и, чётко печатая шаг, курьер нас покинул.
Весёлый смех пожилой дамы, сидящей в глубоком кресле:
– Мигелито, мальчик мой, ты не ищешь спокойной жизни… Покажи мне свою девочку.
– Слушаюсь, бабушка! Это Миранда. Герцогиня де ла Модена-Новарро. Моя жена.
С любопытством рассматриваем друг друга с чистокровной… Линия альфа. В нашей группе альф не было. Я видела только взрослых.
– Лямбда… Давно вас не было… Злишься на моего внука? Зря. Мигелито хороший мальчик. Добрый. Тебе с ним будет хорошо.
– Мне было хорошо с мужем и детьми, дона Алмира.
– Расскажешь потом. Многое изменилось на Новом Вавилоне. Если у чистокровной есть семья. Я в своё время тоже возмущалась. Собиралась через двадцать семь лет пожить спокойно в резервации. Теперь живу спокойно на асиенде покойного мужа, детей от которого так и не смогла полюбить. А вот внуков, – смогла. Ты тоже сможешь полюбить если не детей, то внуков, Миранда. Можешь идти… Я устала… Ах, да… Добро пожаловать в семью.
Герцог подошёл к бабушке, поцеловал сухонькую руку… И кресло с задремавшей доной Алмирой осторожно вынесли из комнаты. Оно не катится… На воздушной подушке? Или это модифицированная платформа? Уж больно плавно перемещается.
– Как ты узнал об указе Повелителя, Алонсо?
Неизвестная дона на меня демонстративно не смотрит. Сестра? Уж очень похожи. Невероятное сходство! Близнецы? И сразу видно, что если тридцать пять лет для мужчины – возраст расцвета, то женщине уже надо за собой усиленно следить. Командор сказал, что в девяносто лет будет ещё молод и полон сил. А его предполагаемая сестра? Силы будут, а вот молодость?.. Командор, наверное, привит. Если у них есть эквивалент прививки. А вот его предполагаемая сестра, – нет. Конечно, она злится… Мило улыбаюсь ей. Мы почти ровесницы… Она поняла мою улыбку. Тонкие пальцы с безупречным маникюром сжались, даже костяшки побелели… Прав мой новый муж: змея я, а не Воробышек.