Белый флаг. Не впущу. Никаких переговоров! Мне только ещё одного фолкоссца не хватает внутри защитного контура. Обхватила себя руками, опасаясь, что развалюсь на части от сотрясающей тело дрожи. Зубы стучат… Франциско с аптечкой двинулся ко мне, – шарахаюсь от него. Дети удивлённо смотрят на меня, и я стараюсь удержаться от истерики. Но с аптечкой ко мне подходить не надо. Покусаю.
Портал. Холод стали в пальцах. Почти неслышное гудение готового к стрельбе импульсного оружия. Фигура в чёрном с серебром. Равнение ребят Алонсо на незнакомого офицера. Я отступаю к стене, держа в пальцах метательный нож. Наглые чёрные глаза обожгли взглядом мои бёдра, потом уставились мне в лицо. На мой возмущённый взгляд ответили белозубой усмешкой.
– Франциско, представь меня.
– Сеньора, это команданте Энрике. Он воевал вместе с альмиранте.
– Воевал?
Акцентирую прошедшее время. Улыбка команданте становится восторженной. Ага, из серии: она ещё и слова понимает?!!
– Дона… Миранда, счастлив познакомиться. И ещё более счастлив быть полезным тебе и твоей очаровательной дочери… Милагрос.
Издевается. Хорошо хоть вспомнил как кого зовут. Милочка разглядывает наглого красавца-офицера. Сквозь ресницы скромно опущенных глазок. Интересно, есть ли в этом помещении хоть кто-то не понявший этот манёвр?
– И чем же дон Энрике может быть полезным нам с дочерью?
Команданте одарил таким взглядом, что мне сразу захотелось уточнить: "Интим не предлагать". Промолчала. Не стала смущать окружающих. Самого команданте смутить вряд ли возможно.
– Сеньора, на связи Глава Регентского Совета.
– Не беспокой сеньору, Франциско. Я поговорю.
Испытываю почти непреодолимое желание затопать ногами и что-нибудь разбить. Желательно о голову наглого дона Энрике. Но приходится соблюдать приличия. Стою спокойно, улыбаюсь приветливо, сияю глазками. Дон Энрике посмотрев на светскую меня, демонстративно поёжился. Наконец-то осветился голоэкран. Дон Хосе, любезно улыбаясь открыл рот для приветствия, и тут увидел команданте…
– Ты?!!
– И тебе здравствовать, Хосе.
– Извини, Энрике, растерялся… Здравствуй.
– Извиняю. Чем обязаны?
– Я хотел убедиться, что с прекрасной доной Мирандой всё в порядке.
– Убедился? Могу подтвердить: с прекрасной доной Мирандой всё в порядке.
– Вот и хорошо… вот и хорошо. Герцог де ла Модена-Новарро знает о твоём визите?
– Не исключено. До встречи, Хосе.
– До встречи, Энрике. Прекрасная дона Миранда, буду счастлив увидеть тебя снова.
Голограмма дона Хосе растаяла в воздухе, экран погас. Смотрю на команданте, раздумывая над его ответом "не исключено".
– Алонсо просил меня присмотреть за вашей безопасностью. Но вы прекрасно справились сами. Остатки нападающих я заберу. Или тебе нужны пленные?
– Не нужны. Хлопоты лишние… Ты дождёшься Алонсо?
– Безусловно. Не беспокойся обо мне, дона Миранда. Я здесь частый гость. Отправляйся на асиенду.
Хотела сказать, чтобы команданте не указывал мне что делать, но сдержалась. Сначала надо поговорить с мужем. А потом можно и посудой пошвыряться. Или постараться успокоиться.
Глава десятая:
О том, как Воробышек преодолевала соблазн, а также о её знакомстве с чистокровным сыном, возвращении Алонсо, рождении его наследника и о мерах, принятых с целью уберечь Милочку от преждевременной реализации брака.
Забрала с собой дону Алмиру, Милагрос и детей. Ну и слуг, разумеется. Поговорила с Алонсо. Он опять ранен. А я опять "ничего не вижу". Хотя как можно не увидеть наброшенный на переносной регенератор плащ? Не вижу и всё! Осталась неделя… Пригрозила, что если останется "работать сверхурочно", отправлюсь за ним сама.
– Энрике тебя не выпустит, удивительная.
– А я его очарую.
Посмеялись вместе, но в глубине синих глаз поселилась тревога. Ничего страшного, может домой пораньше вернётся.
Лично меня тревожит Милочка. Ребёнок не выпускает команданте из поля зрения, и мне это не нравится. Милагрос не осознаёт, что увлечена черноглазым красавцем. Для неё это игра. Но дети растут, и через год-два это уже не будет игрой. Мне не в чем упрекнуть дона Энрике. Команданте чётко соблюдает дистанцию. Более того, старается не попадаться ребёнку на глаза. Маноло не может тягаться со взрослым мужчиной. Да ещё таким обаятельным. И отправить её никуда не могу. Семейную предприимчивость стимулировать не хочется.
Высказала свои опасения Алонсо. Он попытался меня успокоить, говоря что Энрике никогда не позволит себе лишнего с чужой женщиной. Тем более, – с ребёнком. У меня не хватает слов, чтобы объяснить мужу: Милагрос, достигнув определённого возраста, вполне способна сама прыгнуть в постель команданте. Нас не просто так с тринадцати лет воспитывают отдельно от мальчишек. А удержаться и не "позволить лишнего" с чистокровной, готовой к зачатию, для нормального мужчины – нереально. Феромоны, биополе и всё такое прочее… Где мне её держать с тринадцати до семнадцати лет? Четыре года?! Впрочем, – это не с мужем. Это надо с чистокровными решать. А у мужа надо побольше узнать о команданте.