- Молчишь? Ну, молчи. Только я на твоем месте носом сильно бы не воротил. Я ведь могу и прикрывать глаза на твои косяки. Опять же заступиться могу, как сегодня. От тебя-то и требуется всего-то согласиться.
- А как же семья?
- А что тебе впервой с женатыми?! - усмехнулся мужчина. - Мы же оба знаем, что не впервой. Так, что я бы на твоем месте сильно не ломался бы.
- Мне надо подумать.
- Думай, думай, только вот... - он уже встал и двинулся по направлению к ней, когда к ее огромному счастью за звонил телефон, давая Алане шанс на маленький побег.
Она выскочила из кабинета, как вылетает пробка из бутылки шампанского.
По-хорошему, ей бы вернуться на рабочее место, но хотелось смыть прикосновение потных жирных рук. Не видя никого и ничего перед собой Алана неслась в дамскую комнату.
Какой же он мерзкий человечишка, одной ногой в могиле, а все туда же.
Ей, так хотелось по-детски расплакаться, залезть на колени и пожаловаться на плохого дядю. Да, вот ещё с детских пор она уяснила четко, как бы сильно она не жаловалась, как бы минимально не была ее вина, но виноватой все равно считали ее. В какой-то момент, ты просто с таким положением дел смиряешься, даже немного привыкаешь к тому, что все равно плохим останешься ты. И даже начинаешь понемногу оправдывать их умозаключения. Потому что, когда все и все засалены в грязи, чистым остаться нет не единого шанса.
Уже умываясь холодной водой в туалетной комнате Алана понимала, что все же жирной хряк прав. Марк ее даже слушать не станет. Просто повесит ярлык, как и все виновны. А вот обсудить этот момент с Лизи она, пожалуй, может.
(23.05)
Покопавшись немного в записной книге телефона, Алана все же сделала звонок. Правда, на той стороне звонка, трубку особо не торопились брать. Еще через несколько длинных гудков, она уже смирилась с мыслью, что и пожаловаться, когда тебе плохо тоже не кому, как все же Лизи подняла трубка.
- У тебя, что-то срочное?
Возмущенный голос ее подруги даже немного выбил из колеи.
- Да нет, наверное.
- Так, да или нет? Я, вообще-то, спать собиралась, и если это не так важно, то могу я продолжить заниматься этим дальше?
- Извини, мне просто надо было выговориться. Я думала просто, что ты еще на работе.
- Уже нет, как видишь. Что там у тебя, давай уже выкладывай?
- Мое начальство предложила мне с ним спать.
- А сейчас ты не этим занимаешься? Ты же и так с ним спишь. Или что запросы до БДСМ доросли?
- Я не про это?
- А про что? Я не понимаю, ты же и так спишь с Марком.
- Я не про Марка, а про Федора Михайловича.
- Так он же старый.
- Я как бы в курсе, так вот он мне и предложил стать его любовницей.
- Ну, я особо разницы не вижу. Ну, тр@@@ся еще с ним. По факту все те же обязанности останутся при тебе. Ну, будешь не одного, а двоих ублажать проблем-то.
- Я не пойму ты сейчас издеваешься или серьезно, - возмущенно произнесла Алана.
- Ой, все, - прыснула Лизи на том конце трубке, -просто пожалуйся Марку, всего проблем-то.
- Он мне не поверит.
- С чего ты решила? Уже были инциденты?
Как бы ей не хотелось посвящать в этот мерзкий грязный день кого-то еще, но все же Алане сейчас очень нужен был трезвый взгляд со стороны. Именно по этой же причине она набрала Лизи, и именно поэтому она ей в женском туалете сидя на крышке унитаза шепотом пересказывала все, что произошла с ней в этот чертов понедельник.
(29.05)
- Так вот, на мою сторону он так и не встал, Лизи, - закончила повествование девушка.
- Да, уж. А начать спать, с этим, как его Федором....
- Михайловичем.
- Да, да с ним! Точно не вариант?
- ЛИЗИ!!!!
- Ой! Нет, так нет. Но все же поговори с Марком, обычно такие мальчики делиться игрушками не любят.
- Ты откуда-то знаешь?
- А тут особа ума не надо, чтобы знать. Если это все проблемы, то я спать, - и не дожидаясь ответа от собеседницы Лизи сбросила звонок.
Вот так просто раз и отключила. К чему ей твои проблемы, Алан?
Она еще какое-то время сидела рассматривала экран потухшего гаджета и все никак не могла понять, когда успело все настолько пойти под откос и что с этим все теперь делать ей она тоже особо не представляла.
И как бы не хотелось Алане спрятаться в данной туалетной кабинки от всех проблем, но возвращаться все же на рабочее место пришлось.
На почве всех этих переживаний остаток дня для самой девушки прошел не то, чтобы как в тумане, но как-то совсем грустно.
Мысли апатично сменяли друг друга. Иногда ей казалось, что безысходность ее поедает, то на оборот накатывал прилив противоречий и сил, чтобы что-то менять и бороться. Только по итогу все ее воинственные речи так и оставались жить в ее голове.