И ему эта идея даже казалась какое-то время адекватной, пока они не собрались всей своей компанией за одним столом. Вот тут до него дошел весь сюрреализм его решения. Макс с Богдана представляли между собой ангела и демона. Один женатый и безбожно влюбленный в свою жену, другой спал со всем, что движется, оправдывая это тем, что как только остепениться такое себе позволить уже не сможет. И вот от этих людей о ждал решение своей проблемы. Все же матушка была права, он идиот редкостный.
- Так переспи с женой еще раз, в чем проблема? Зато наверняка поймешь есть ли, что-то к жене и стоит ли игра вообще свеч, - отпив пиво, предложил гениальную идею Богдан после того, как дослушал метания Марка, - да и тем более твоя же жена не против других девочек в твоей постели, так почему бы не оставаться в браке и гулять на стороне.
- Блин, Богдан, что ты несешь? Секс только все еще больше усложнит. Правильнее было бы разобраться в себе и уже потом что-то предпринимать. А так Марк, ты только хуже сделаешь, причем для всех.
- Ой, тоже моралист нашелся. Сам-то никогда же не косячил? Просто ты, Макс - подкаблучник. Отсюда такие и мысли в твоей голове.
Марк в полемику не вступал, продолжая слушать друзей и молча поглощать виски.
И все же звать обоих сразу была дурная идея. С таким же успехом, он спокойно мог идти за ответами к отцу.
15.1
И все же звать обоих сразу была дурная идея. С таким же успехом, он спокойно мог идти за ответами к отцу.
Хотя смысла идти к нему он тоже не видел. Уже сходил однажды, ничего нового для себя из той беседы Марк не почерпнул.
Его отец, Геннадий Аристархович, был истинным представителем толстосумов двадцать первого века. Все, что его волновало это деньги, затем статус в обществе, тут он был успешным бизнесменом, меценатом и приличным семьянином. Настолько приличным, что заподозрить отца в наличии любовницы не смогла бы даже его собственная охрана, которая передвигалась за ним буквально след в след. И лишь затем после личного удовольствия, стояла семья.
Сам Марк в идеальность брака своих родителей верил ровно до десяти лет. Именно в этом возрасте он случайно узнал о наличии в папиной жизни Марии. Как оказалось за Марией, были Светы, Насти, Тани, и о каждой из них его мать знала. Да, что там она лично отбирала каждую из них. Все они отбывали срок длиной в шесть месяцев и покидали свой пост, уступая его другой. Лишь только Ирина задержалась в жизни отца, то ли от того, что она была первоклассным помощником, то ли от того, что все же у нее был заключен контракт с матерью, сам Марк склонялся ко второму варианту. К слову контракты подписывали все однодневные девочки отца. Так его мать, по ее личному мнению, заботилась о своем браке и той семейной казне, которую они с отцом с такой любовью собирали.
Для его родителей из всего поведения Марка не приемлемо было гулять открыто, все остальное они считали нормой. А ведь Марк помнил, как маленький десятилетний мальчик плача от пощечины матери клялся, что такой убогой пародии семьи не допустит, что у него семья обязательно будет другой.
Словно вновь получив оплеуху от матери, мужчина потер правую щеку, да уж, такой семьи не вышло, все же слово он свое сдержал.
- Правда, вышла хуже, но главное, что не такая, - усмехнулся про себя Марк, - не такая.
- Я все же думаю вам надо разойтись Марк, - сделав глоток, захмелевший Макс продолжил, - если судьба вновь сойдетесь, как мы с Ланой.
- Вы со Светкой сошлись, потому что она залетела, а не от великой любви…
Богдан еще не успел договорить предложение, когда получил кулаком от Макса.
Нет, все же звать этих двоих была плохая идея.
15.2
* **
Глядя на голую, мирно спящую под боком жену, Марк, четко осознал, что все же он умудрился перебрать, хотя никак не планировал сие действие. Он лишь хотел разобраться в себе, а натворил кажется еще больше бед. С другой стороны разве не так говорят: что у трезвого на уме, то у пьяного на языке? Может это знак, что он все же определился? Что с женой ему комфортно?
Только вот загвоздка секса с женой он и не помнил вовсе. А вот звонки то, что он кому-то звонил кажется припоминал?