- Закончила?
- Да, спасибо, - поблагодарив, улыбнулась, подошедшему мужчине. - Мне очень понравился твой сюрприз.
- Пожалуйста, конечно, но это не сюрприз.
- Нет?
- Нет, конечно. Сюрприз вон в тех прекрасных апартаментах. Так, что Милашка, идем за сюрпризом? - Подхватив Милу на руки, понес в сторону домика.
27.3
* * *
Каждая девочка заслуживает свою сказку, своего принца и свое долго и счастливо. Из перечисленного к своим годам у Милы не было ровном счетом ничего. "Долго и счастливо" за стеной леса маячило превратиться в "долгое одиночное существование". Ее принц тоже, как оказался совсем не ее, наверное можно было бы сказать общественный, но ведь по документам все еще числился ее и отпускать она его пока не была готова. Она просто не могла, не представляла себя без него, не представляла, что они станут совсем чужими, но и с ним жить так, как раньше она тоже не могла больше, не вывозила. И это ее расшатывала еще сильнее.
Сказка - эту переменную, когда-то давно она тоже пыталось построить. И что из этого вышло? Ровным счетом ничего, вот она в белом платье, словно принцесса сошедшая со страничек всеми так горячо любимых детских книг. Рядом он - ее герой, красивый, сильный, умный и.... Не ее. Стоило только вспомнить о дне, который должен был стать одним из лучших в ее жизни днем, ее личной персональной сказки, и ей снова хотелось спрятаться в дамской комнате, как тогда и долго, долго плакать, потому что по всей ее красоте Марк мазнул лишь безразличным взглядом и весь вечер поедал глазами Ингу. Вечер, потому что на церемонию ее сестра не пришла. Ингу, которая в тот вечер была абсолютно бледной тенью себя.
Да, уж, та еще вышла сказка! О такой детям не расскажешь.
Вот и получается, что к своим годам у нее ни принца, ни долго и счастливо, ни сказки, в багаже жизни так и не набралось.
Наверно все бы так и осталось, если бы не Глеб. Нет, он не был принцем ее романа, но он творил для нее сказку в эту минуту и в этот момент.
Место куда принес ее Глеб было олицетворением самой романтики.
В центре комнаты на двоих был накрыт стол, горели свечи, и благодаря зашторенным окнам создавалось впечатление, что поздние сумерки уже накрыли землю. По помещению разливался запах роз, переплетаясь с нежной мелодией о вечном, обещая гостям незабываемый вечер.
27.4
27.4
В центре комнаты на двоих был накрыт стол, горели свечи, и благодаря зашторенным окнам создавалось впечатление, что поздние сумерки уже накрыли землю. По помещению разливался запах роз, переплетаясь с нежной мелодией о вечном, обещая гостям незабываемый вечер.
- Боже, Глеб, это..., - не удержавшись девушка обняла, стоящего позади нее мужчину, - спасибо. Это невероятно красиво. Но когда ты это успел?
- Пусть это останется моим маленьким секретом, - мягко развернув девушку в своих руках Глеб подвел свою драгоценность к накрытому столу, - позволь мне за тобой поухаживать?
За эти пару дней Милана уже много раз отмечала, каким обходительным мог быть Глеб и с какой легкостью делал самые обычные вещи значимыми, хотя таковыми они могли быть только для нее. Ведь столько заботы она не получала ни от кого, а тут? Тут она была принцессой, где все было для нее. Глеб был увлекательным собеседником, харизматичной личностью. Да только проблема была все же одна, так сильно сердце больше не екало. Зато ей было душевно хорошо здесь и сейчас, за этим столом, с этим мужчиной, где-то глубоко спрятавшись от остального мира.
- Потанцуй со мной? - Спустя нескольких шутливых историй, произнес мужчина.
- Здесь?
- А почему бы и нет? Музыка у нас есть какая, - протягивая руку, спросил - ну, так, что подарите вашему рабу танец.
- Ты же в курсе, что это танго?
- Есть с этим небольшие проблемы, но... -закружив ее по комнате, мужчина все же добавил, глядя в глаза, - мне так плевать на это сейчас.
Они кружились в танце, который все больше и больше переходил в медленный, до тех пора пока мелодия Карлоса Гарделя (1) не затянула их в один омут на двоих.
Руки Глеба медленно сползали с поясницы вниз на бедра, после чего его губы совсем невесомо коснулись ее губ. Наверно в нормальном понимании это вовсе не было нормальным поцелуем, но в этот момент тысячу искр проскочило между ними. Она потом долго часто будет возвращаться в эту минуту в своих мыслях, но на тот момент прежде, чем Милана сама до конца осознала, что она делает, девушка сама впилась в его рот жадным поцелуем. И в этот момент она себя чувствовала путником в пустыне изнемогающим по воде.