Но это все в прошлом, от тех времен остались только названия улиц да переулков. Сейчас Никитская – улица гедонизма, вечеринок, гастрономических изысков, музыки и прелестной архитектуры. Одна из моих любимых построек – здание подстанции метрополитена, построенное в 1930-е годы на месте Никитского женского монастыря, того самого, в честь которого улица получила свое название. От него сейчас остались разве что корпус да кусочек стены. В здании подстанции уже чувствуется близкая кристаллизация сталинского ампира и превращение его в шаблон и клише. Но пока еще сквозь напускную строгость просачивается смелость и яркость мысли архитектора Фридмана. Чего стоят одни колонны, напоминающие буферы, соединяющие вагоны метро. Интересный прием, ставший на короткое время неожиданно модным, – стена из кружочков. Это отсылка к древнеримской гробнице пекаря Эврисака. В ней кружочки, как считается, имитируют дырочки в амбарах, которые делали для проветривания зерна. А здесь, на здании РГБ со стороны двора и на павильоне метро Чистые пруды, – это чисто декоративный элемент. Вскоре после постройки по Москве поползла байка: мол, один из барельефов, изображающий метростроевцев, на самом деле маскирует в себе будораживший умы и сердца москвичей любовный треугольник Лили Брик, Маяковского и Осипа Брика. Но это хоть и красивая – лишь байка.
В самом конце древней части Никитской, упиравшейся в Никитские ворота Белого города, – здание ТАСС. Впервые о новом московского домике для Телеграфного агентства Советского Союза (ТАСС), пусть и основанного еще в 1904 году в Петербурге, заговорили в 1930-е. Тогда Илья Голосов, автор восхитительного Дома культуры имени Зуева на Белорусской, предложил проект 20-этажного небоскреба. Над идеей подумали и почему-то отвергли. Тридцатью годами позже к идее вернулись. Небоскреб вырос еще на 5–6 этажей и обзавелся лифтами, кондиционерами, столовой для сотрудников и бегущей инфострокой на крыше. Буквы, конечно, должны были быть в рост добротного школьника – полутораметровой высоты. Кто-то посмотрел на небоскреб, на историческую застройку Москвы в районе Никитской и приказал поделить небоскреб на два. Остались 13 этажей. Стали строить и уже во время стройки внезапно поменяли идею – и 13-этажка стала 9-этажкой. А выглядит еще компактнее – огромные двухэтажные «оконные» (телевизионные?) рамы скрывают в два раза больше этажей, чем кажется, – не четыре, а целых восемь. Девятый этаж хитро спрятался между вторым и четвертым. Зато выглядит кубик ТАСС благодаря такому приему как огромная избушка без двускатной крыши и конька наверху. Однако – с бегущей строкой, благоразумно переместившейся с крыши на уровень третьего этажа. Автором стал архитектор восхитившего некогда Хрущева и финского модерниста Алвара Аалто Дворца пионеров на Воробьевых горах – Виктор Егерев. На связь ТАСС со всем миром намекает глобус перед парадным входом. А казалось бы, еще недавно тут для царя капусту квасили.
Тверская улица
В ЭТОЙ ГЛАВЕ:
• Князь Гагарин развлекается своим аквариумным потолком с рыбками.
• Чехов едет на транспорте, скорость которого равна отрицательной величине.
• Московский трамвай на конной тяге напоминает нью-йоркское метро. Дважды!
Тверская – одна из самых известных и старинных улиц Москвы за пределами Кремля и Китай-города. Считается, что здесь когда-то была древняя дорога на Тверь, позже продленная до Новгорода. Тверчане и новгородцы, приехавшие в Москву, долго не искали, где бы поселиться, и основывали свои слободы прямо здесь, возле дороги, по которой приехали. Москва все росла и росла. А вместе с ней и Тверская. К XVI веку, когда Москва уже совсем окрепла, Тверская выросла одним концом до современного Садового кольца (тогда это был Земляной вал – крайнее укрепление города), а другим концом, проскочив по мостику, перекинутому через речку Неглинку, она упиралась прямиком в Красную площадь. Купив заморский лимон в торговом ряду на Красной площади, можно было, никуда не сворачивая, домчать его до самого Новгорода. Ко времени продления Тверской она уже потихонечку меняет свой статус, окукливается и начинает превращение в главную московскую улицу. На место древних слобод приходят дворы знати, богатые монастыри и церкви. Дольше всех держались новгородцы между Столешниковым и Пушкинской площадью, они все приезжали и приезжали, пока в середине XVII века не достигли красивого количества в 333 двора. Где состоятельные покупатели, там – и торговля. Появились торговые ряды, на которых можно было купить муку, солод и всевозможные хлеба. Здесь же вскоре появились зубные врачи, нотариусы, магазины для приезжих, отели, кондитерские, портные… Тверскую было уже не остановить, она становилась все богаче и престижнее. Это, кажется, было и неизбежно – откуда еще так лихо ворвешься прямиком на Красную площадь. Столетие спустя уже сомнений не осталось: Тверская – главная улица Москвы. Именно по ней въезжали в Кремль российские императоры, примчав из Петербурга в Москву. Улица обросла лучшими в городе магазинами, гостиницами, особняками, доходными домами и дворцами. Самым шикарным из несохранившихся, а потому превратившимся в легенду, был дворец князя Матвея Гагарина. По поводу этого дворца среди москвичей даже ходила песня, в которой князя обзывают нехорошими словами и описывают главную изюминку дворца.