…Посылаю к Вам одного Дворянина, дабы узнать, как Вы себя чувствуете, поскольку вчера Вы были нездоровы. Я позабыл передать через Ножана, который должен принести Вам кабаний окорок, чтобы Вы сперва проверили его, а уж потом ели, как, впрочем, и все, что я Вам присылаю.
Слава Богу, чувствую себя хорошо. Собираемся с братом [Гастоном] в лес, давно уже не охотились на дроздов.
Луи.
8 февраля 1640 года Людовик отправил своему министру следующее коротенькое послание:
…забыл Вас вчера предупредить, чтобы Вы изволили проверить мясо кабана и других животных, коих Вам от меня пришлют, поскольку человек, охотившийся на кабанов и милостиво просивший принять их и передать затем Вам, приходится племянником президенту де Новиону, а, сдается мне, дом сей не питает к Вам особо дружеских чувств. Умоляю Вас, будьте всегда и всюду начеку.
Луи.
И наконец 26 сентября 1641 года всемогущий министр получил из Неля следующую записку:
Посылаю к Вам Депре, чтобы узнать, как Ваше здоровье. Отправляю Вам также мускатный виноград из Шато-Тьерри. Умоляю Вас, не переусердствуйте и, прежде чем есть, хорошенько его помойте.
Луи.
Сколько заботы и тревоги в четырех отрывках! Может быть, Людовик XIII, заклиная Ришелье быть осторожным со свининой, намекал на ботулизм — одну из главных опасностей, подстерегающих любителя дичи? Но эта болезнь была еще неизвестна в те времена. Стало быть, король боялся, как бы кардинал не отравился ядом, который можно запросто подсыпать в мясо.
Героару историки обязаны поразительно точным отчетом о здоровье Людовика XIII. Он сумел кое-чем отличиться в правление Карла IX и Генриха III, а Генрих IV, посчитав его достаточно сведущим специалистом, попросил медика принять роды у Марии Медичи, разрешавшейся своим первым отпрыском.
Король пригласил Героара в Фонтенбло и встретил его одной-единственной фразой: «Я хочу, чтобы Вы опекали дофина, служите ему верой и правдой». Врач старательно выполнял королевское поручение в течение двадцати семи лет — до самой смерти, настигшей его во время осады крепости Ла-Рошель. Все это время у короля, находившегося под неусыпным надзором Героара, не возникало особых проблем со здоровьем, но педантичный медик заносил все свои наблюдения за августейшим пациентом в особый дневник.
Благодаря этому свидетельству мы можем день за днем восстановить самые ничтожные и интимные подробности жизни и здоровья дофина, ставшего затем полноправным монархом.
Героар был доктором медицины при университете в Монпелье и убежденным сторонником ненасильственных методов лечения: он редко и в меру пускал кровь и не часто назначал слабительное.
Приемы Героара резко контрастировали с тем режимом, которого придерживался его преемник Бувар, ставший придворным врачом в 1628 году. Уж очень король привязался к своему лекарю, преданно заботившемуся о здоровье наследника с самого его рождения, и потому с трудом сносил те грубые методы, которые, сообразуясь с духом эпохи, практиковал Бувар.
По словам Героара, Людовик XIII обладал крепким телосложением и развитой мускулатурой. «… Сильный, хорошо сложенный, многими чертами напоминал отца; Генрих IV был от него без ума».
В юности король испытывал легкие недомогания, которым обычно подвержены люди его возраста, но потомки на основании эпизодических кишечных расстройств вывели заключение, что монарх был человеком болезненным. Возможно — чего уж там скрывать — он даже был предрасположен к запорам, и никто не упускал случая пошутить на этот счет, но в конце концов все всегда приходило в норму.
От бдительного взора опекуна ничего не могло укрыться, но чаще всего он упоминает о зубной боли и легком поносе.
В 1627 году, находясь у Сен-Мартен-де-Ре, король заболел дизентерией. В 1628 году у него снизился аппетит, но общее состояние здоровья оставалось вполне удовлетворительным. В следующем году, в Сузе, а затем в Валенсии, Людовик XIII испытывал боли в кишечнике, но тем не менее все это время стойко переносил условия походной жизни, а в 1629 году преодолел даже Сузское ущелье. После этого похода у государя снова появился аппетит; он писал Ливри: «Чувствую себя хорошо, вот только прошлой ночью беспокоила подагра, но это, однако, не помешало мне сегодня поохотиться на волков».
Вряд ли кишечный туберкулез, от которого, по словам историков, страдал король, смог бы поладить с перемежающимися приступами подагры. В действительности Людовик обладал превосходным здоровьем; он постоянно бывал в разъездах и во время своих нескончаемых путешествий чувствовал себя великолепно, хотя условия, в которых ему приходилось жить, показались бы нам сегодня совершенно неприемлемыми.