И даже те, кто отчасти верил этим сообщениям, полагали, что газ (если о нем вообще может идти речь) вполне успеет рассеяться, прежде чем достигнет цели. А в разжиженном состоянии яд не представляет почти никакой опасности. Ну и наконец, союзники не могли даже предположить, что противник осмелится нарушить положения Гаагской конвенции, подписанной несколькими годами ранее
И вот, после многомесячных секретных экспериментов и приготовлений высшее командование имперских вооруженных сил определило участок западного фронта, на котором новое оружие профессора Хабера должно было пройти первое серьезное испытание. С этой целью выбрали наиболее уязвимый район северного фронта — к юго-востоку от ипрской дуги. Эта зона была расположена напротив деревни Зоннебеке и включала в себя знаменитую высоту 60.
При проведении операции огромное значение имело мнение метеорологов; так вот, синоптики утверждали, что наступило самое благоприятное время года, когда дуют юго-западные ветры.
Поначалу немцы преследовали весьма скромные цели, пытаясь, в первую очередь, удовлетворить научное «лобби» и, в частности, пользовавшегося огромным влиянием профессора Хабера, который был просто в восторге от предстоящего эксперимента. Поэтому вопрос о крупномасштабной операции с применением нового оружия неизвестного действия пока не стоял.
В середине февраля 1915 года немцы начали наполнять баллоны сжатым газом. С 10 марта весь участок фронта, удерживаемый XV-м германским корпусом, был готов к химической атаке. Но в конце марта стало ясно, что желанный северо-западный ветер дуть и не собирается; пришлось заняться подготовкой другого участка фронта. На сей раз выбрали северную часть выступа напротив Лангемарка.
Баллоны наполнили и планомерно разместили; все было готово к 11 апреля. На высоте 60 резервуары установили в траншеях; именно на них наткнулись англичане, но, как мы знаем, так ничего и не сообщили союзному командованию. Несмотря на указанную передислокацию, ветер в нужном направлении так и не подул, так что разрядка баллонов откладывалась со дня на день. Все эти отсрочки, однако, нимало не беспокоили немецкий генштаб, поскольку, повторяем, речь шла о локальной операции, направленной на то, чтобы отбросить франко-английские войска с желанного выступа. Немцы преследовали чисто тактическую цель, поэтому они не предусмотрели никакого резерва на случай возможного прорыва.
Наконец, поступила оптимистическая сводка погоды на 22 апреля, атака была назначена на 5.45 утра. После газопуска 215-й пехотный полк, находившийся в составе резервной ХХШ-й германской армии, должен был тотчас вступить в бой и овладеть местностью. За четверть часа до начала операции пришлось, однако, приостановить обратный отсчет, потому что в воздухе не было ни ветерка. Солдаты, изготовившиеся к атаке, тем не менее оставались на исходных позициях, целый день прослужив мишенью для союзной артиллерии. К счастью для немцев, никому даже не пришло в голову их обстреливать.