Приходится в очередной раз констатировать, что немецкие маски почти не защищали от фосгена. К тому же, британцы потчевали неприятеля поистине лошадиными дозами газа.
В ноябре 1917 года на кладбище в Дурже было похоронено 3500 человек, умерших от отравления газом. Некоторые из них погибли потому, что не успели надеть защитную маску, остальные — от переутомления: вдохнув смертоносные пары, солдаты вынуждены были пройти пешком еще несколько долгих километров.
На исходе лета 1916 года 29-я дивизия XXXVI-го корпуса французской армии занимала крайний левый фланг союзнических войск. Ее единственным северным соседом было море. Немцы, войска которых значительно поредели после химических атак англичан на Сомме, считали, что использование газа на приморском участке фронта либо совершенно невозможно, либо связано с большим риском. Ведь морские ветры — вещь крайне ненадежная, они могут подуть в любой момент и притом в самом неожиданном направлении. Британцы придерживались иного мнения и решили даже извлечь выгоду из данной ситуации. Они предложили командующему французским корпусом провести химическую операцию и получили его согласие.
Англичане полагали, что атака может увенчаться успехом только в том случае, если подготовить ее с крайним тщанием и хранить свой план в строжайшем секрете. Разведка доложила, что в указанный сектор недавно переброшены силы с Русского фронта. Эти новички были очень плохо или вообще не осведомлены о химической войне, которая уже несколько месяцев велась на Западном фронте. Таким случаем нельзя не воспользоваться, но действовать необходимо быстро: подкрепление со дня на день должны отправить на передовую, и тогда у противника возникнет перевес, а это уж совсем ни к чему.
Достаточно истощить врага морально и физически, и роковую минуту можно будет отсрочить.
17 сентября 1916 года две роты из газовой спецбригады доставили в Ост-Дюнкерк две тысячи баллонов с «белой звездой». Французскому офицеру Лефевру поручили руководить этой совместной франко-британской операцией. Для начала нужно было установить, с какой периодичностью дуют морские и береговые ветры. С этой целью на фронт вызвали профессионального метеоролога и расставили восемь наблюдательных станций. Наблюдения за направлением и силой ветра велись с тех пор постоянно.
Через пять дней все приготовления были окончены. В командный пункт ежедневно поступали отчеты с наблюдательных станций, а также сводки Британской метеорологической службы и метеопункта французской авиации.
С 23 сентября по 5 октября погода оставляла желать лучшего, поэтому от рейдов в тыл врага пришлось пока отказаться. Дело в том, что ночью французы и немцы посылали в разведку небольшие отряды, которые должны были выведать, как обстоят дела на противоположной стороне. Иногда одна группа натыкалась на другую и брала ее в плен. Теперь, когда на позициях находились огромные запасы газа, ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы французские солдаты попали в плен и рассказали врагу о ведущихся приготовлениях.
Немцы, однако, вскоре что-то заподозрили. Однажды ночью вражеский патруль совершил внезапный налет на французские траншеи и взял в плен двадцать человек. Немцы, правда, очень спешили и не заметили газовых баллонов, спря-тайных на передовой. Но вполне возможно, что кто-нибудь из пленных проговорится, и тогда вся затея прогорит. Чтобы труд не пошел насмарку, решено было пустить газ при первой же удобной возможности. Вот как получилось, что ночью 5 октября 1916 года, в 23.00, французы открыли баллоны. Под Гюллюшем и немного южнее, под Армантьером, тоже провели химические атаки. Легкий юго-западный ветерок, дувший со скоростью 8 километров в час, волочил по земле густое ядовитое облако. Немцы были начеку и уже через несколько секунд забили тревогу. Затем они открыли стрельбу из пулеметов, чтобы остановить неприятельскую пехоту, если она вдруг пойдет в атаку. Французы тоже включились в перестрелку: они палили из огнеметов по немецкой траншее, находившейся в каких-то тридцати метрах от наших позиций.
Вскоре немцев охватила паника. Газовая завеса накрыла два полка, в том числе взвод из тридцати человек, буксировавших сломанный грузовик. Услыхав сигнал тревоги, солдаты схватились за маски. Копуши не успели закрепить респиратор, и семнадцать человек отравились газом. Десять из них тут же скончались, семь остальных пропали без вести.