Примерно по такой схеме функционировал механизм массового истребления до самого падения нацистского режима. Метод, однако, претерпевал количественные и качественные изменения, ведь за «неизлечимо больными» в газовые камеры вскоре последовали национальные меньшинства, в первую очередь, евреи и цыгане, а затем гомосексуалисты и «свидетели Иеговы». Ритуальные убийства сопровождались все более ужасными зверствами, и число жертв неуклонно росло.
На первых порах эвтаназия проводилась в медицинских центрах или учреждениях, сохранявших видимость таковых. Над некоторыми из тысяч и тысяч свежих трупов патологоанатомы проводили опыты. Мозг душевнобольного бьы в те времена пределом мечтаний многих имперских ученых. Его рассекали скальпелем на части, скрупулезно рассматривали мельчайшие извилины, пытаясь обнаружить тайну безумия, которое, даст Бог, обронило свою визитную карточку в голове казненного.
Массовые умерщвления требовали колоссальных материальных и людских затрат. Впрочем, заурядных, бесцветных людей, готовых претворить в жизнь политику Гитлера и его приближенных, всегда хватало. Многие из них безропотно приводили своих ближних на бойню, а некоторые делали это с восторгом, прикладывая максимум усилий для того, чтобы машина уничтожения действовала безотказно и как можно тише.
Совесть убийц оставалась спокойной, и они опускались в подлинные бездны извращенности: исполнители, превращавшиеся в палачей, трудились, как одержимые, и доходили в своем служебном рвении до абсурда. Так, например, управляющий центром эвтаназии «Гадамар», располагавшимся недалеко от Лимбурга-на-Лане, устроил маленький праздник в честь десятитысячного посетителя своих газовых камер!.. На чествование был приглашен весь персонал учреждения, а самой церемонии придали вид религиозного обряда. Виновник торжества, больной гидроцефалией, был умерщвлен в тот же день и теперь лежал на носилках. Труп торжественно представили всем присутствующим, а затем служащие крематория забросили его в ящик и отправили в кремационную печь. Работники центра с удовольствием выслушали пародию на надгробную речь, которую произнес человек, переодетый священником. По окончании проповеди каждый выпил в честь праздника по бутылке пива, на том и разошлись… Впереди были рабочие будни — Германия могла гордиться своими сынами…
Но несмотря на принятые меры предосторожности, семьи, родственники которых пропали без вести, все настойчивее требовали объяснений. Поползли тревожные слухи, что в специальных институтах участились случаи насильственного умерщвления людей. В 1941 году количество требований и протестов, поступающих в региональные органы власти, а иногда и в саму Имперскую канцелярию, настолько увеличилось, что ответственные должностные лица не на шутку встревожились.