— А что, если твоя нагота волнует меня в ином плане? — хлопнула я ресницами, отмечая, как зеленые глаза угрожающе сужаются, но не позволила проявиться и капли страха или неуверенности на своем лице.
— С чего бы это?
— Я живая, — пожала я плечами, позволяя сорочке слегка сползти с плеча. — Мне уже двадцать четыре, я замужем, но близость с мужчиной, кажется, мне так и не светит. Вы держали меня в изоляции от других так долго, и теперь я хочу наверстать упущенное, — тихо произнесла я, вновь спустившись взглядом на грудь мужчины и прикусила губу.
— Со мной? — с доброй долей иронии, уточнил маг.
— А почему нет? — подняла я брови. — Ты обучал меня так долго и упорно. А теперь вынужден делить со мной постель на неопределенный срок. Почему бы тебе не обучить меня и остальному? — понизила я голос до шепота, а после слегка придвинулась к Демьяну, который цепко следил за мной взглядом. Отметила, как исказились в злости и презрении черты, стараясь не обращать внимания на муторное чувство, которое появилось вместе с этим, и продолжила: — Но… я не вправе просить тебя об этом. Я просто хотела, чтобы ты понял причину моего нежелания такого сожительства, — с задумчивым видом склонила я голову к плечу и тяжко вздохнула, поднимая на мужчину печальные глаза. — Мне было бы легче, если ты помогал держать дистанцию и не провоцировал. Я же живая, — повторила я и прикоснулась к его плечу кончиками пальцев, что он позволил, скосив на мою ладонь ледяной взгляд. — Чувствуешь? Я теплая, как и все люди. Я тоже хочу чувствовать себя желанной, хоть иногда… хоть ненадолго… — Стала я вести ладонью вниз, по твердой груди, уже готовясь к тому, как он отбросит от себя мою руку, накричит, разразиться угрозами…. В идеале — в бешенстве уйдет из спальни, или позволит это сделать мне.
Но никак не ожидала, что в следующую секунду буду опрокинута злющим магом, который нависал надо мной угрожающей скалой, и прижимал к матрасу своим весом… разместившись между моих ног!!!
Но самое ужасное, что я сейчас лично убедилась в том, что не так уж противна мужчине, как думала. Об этом красноречиво свидетельствовала твердая и толстая эрекция, что была прижата ко мне… прямо там!!! Успокаивало то, что нас разделяло несколько слоев ткани… Хотя, нет, меня это в тот момент вот вообще не успокоило!!!
— Говоришь, хочешь, чтобы я тебя трахнул? — с несвойственным моменту и красноречивому возбужденному паху, спросил Ян со скучающим выражением на лице и любопытством в глазах. На отразившийся ужас в моем лице он только жестко усмехнулся и издевательски потерся об мои бедра, заставляя сильнее прочувствовать всю его готовность… которая не то, что впечатляла — пугала своими размерами на мой девственный, дилетантский взгляд. — Сколько раз я тебя учил, не браться за то, что тебе не по силам? — с менторским видом, задал он мне вопрос с огорчением в голосе. Горечь его относилась к моим умственным способностям и девичьей памяти, из-за которых, по его мнению, я не могу усвоить банальных вещей. Но не это было страшно. Ведь я отлично помнила и этот урок, но и его продолжение: — Но, раз уж взялась, то доводи дело до конца! — засмеялся он низко, не обращая внимания на мои попытки отстраниться или скинуть мужчину с себя. — Неужели уже передумала? Я так хочу тебя научить новому… — протянул он с паскудной ухмылкой, наклонился, а после лизнул мою шею и лицо, заставив пораженно дернуться, а после забиться в панике с новой силой, на которую он даже не обратил внимания. Его жест был таким… звериным, а язык оказался шершавым, отчего по телу прошелся озноб, а меня пробила дрожь.
За туманом паники, с трудом вспомнила о мерах, что приняла перед тем, как лечь в постель, и завела руку за подушку, нащупав рукоять ножа… Но стоило просто попытаться выдернуть руку, как Ян каким-то смазанным движением ударил по моему запястью, отчего оружие выпало и покатилось по каменному полу с неприятным лязгом, свидетельствующим, что я осталась полностью беззащитной. Мои запястья обхватили железной хваткой и прижали к матрасу, не позволяя даже шевельнуться. И от этого такая злость и жалость к себе появилась, что захотелось плакать, ощущая себя маленькой и никчемной под пристальным взглядом жестоких и холодных глаз.
— Прежде чем связываться со мной, дрянь ты моя ненаглядная, помни, что это я учил тебя всему. Я знаю, как ты мыслишь, вижу все твои шаги наперед. Ты, может, и смогла одурачить Костаса, но не забывайся, ведь я отлично изучил тебя. Я — не он, — зарычал он… и оскалил КЛЫКИ!!! Настоящие, мать вашу, клыки! Каждый его зуб в ужасающей улыбке был видоизменен и заострен на концах, навивая ассоциации с акулой, а после меж губ показался язык, больше подходящий змее, настолько длинным он был и — боже — черным!