Хелли обернулась.
— Добрый вечер, — Хелли вежливо поздоровалась, хотя была очень удивлена видеть этого человека.
Перед ней стоял представитель из министерства. Высокий мужчина уже пожилых лет, в строгом костюме в стиле начала двадцатого века.
— Добрый веч…– тут он запнулся и переосмыслил обстоятельства, — а, что Вы тут делаете в такой час?
Хелли пожала плечами:
— А Вы?
Говорить, что он заблудился, Бартемиус не мог, это бы пошатнуло его авторитет. Он окончил эту школу и не раз приходил сюда с инспекций. Но видимо годы взяли свое, он, правда, забыл дорогу, а проклятые лестницы его окончательно привели не туда. Поэтому пришлось частично соврать:
— Я шёл от профессора Флитвика к профессору Дамблдору.
Но Хелли сразу поняла, что он заблудился, ведь кабинет Флитвика совершенно в другом крыле замка.
— Я могу Вас провести. Мне уже давно пора в гостиную Гриффиндора. Это по пути.
— Нет, дорогу я найду сам. А Вам, мисс, уже…– он ещё раз взвесил все свои силы и решил, — хотя, если Вы оставите мне компанию, то я никому не скажу о Ваших ночных прогулках, — всё же он решил, что не сумеет найти дорогу сам.
— Хорошо, мистер Крауч, а я никому не расскажу, что показала дорогу.
— Будем считать, что этого разговора просто не было, — подытожил он.
Хелли улыбнулась и неспешно пошла в сторону лестницы. Но вдруг остановилась, до неё наконец дошло, кто именно перед ней стоит.
— Мистер Крауч? — она окликнула его, и он тоже остановился. Но девушка абсолютно не знала, как рассказать то, что она даже у себя в голове окончательно не осмыслила.
— Что, мисс?.. Простите, не знаю Вашей фамилии. А мы раньше никогда не пересекались? У Вас очень знакомое лицо.
На это замечание девушка усмехнулась. Но улыбка вмиг сникла. И она осторожно неуверенно ответила:
— Мисс Эйвери. Хелли Эйвери.
Повисла тишина.
Бартемиус пытался даже дышать осторожнее, ведь слышал каждый удар сердца. Оно колотилось так сильно, что он даже приложил руку к груди.
— Хелли Эйвери, — медленно повторил Бартемиус, будто не расслышал с первого раза.
«Эйвери это же девичья фамилия его жены. А ведь они именно так и назвали ребенка — Хелли… О, Господи, да она почти её копия. Только глаза, глаза как у…»
— Ты дочь Амелии Эйвери?
Хелли также медленно ответила:
— Да, мою маму звали Амелия Эйвери. Но я её не знала, она умерла, когда мне было три месяца. А недавно я узнала, что её мужем был, — тут она сделала паузу, — Барти Крауч младший, — и ещё одна осторожная пауза, — Ваш с…
— Сын, — Бартемиус закончил фразу раньше её, — мой сын…
Бартемиус понял, что глаза его стали мокрыми, а дышать стало ещё труднее. Он нерешительно сделал шаг к ней. А Хелли, закрыв глаза, решив не думать о последствиях, сделала резкий шаг вперёд и обняла его.
Бартемиус осторожно положил руки на её спину.
— Моя внучка… Но… Как ты выжила?
Хелли всхлипнула, сейчас она не сдерживала слез.
— Не знаю… Помню только огонь, он был повсюду. До сих пор не могу смотреть на пламя.
— Главное, что ты жива, — теперь он искренне обнял её в ответ, — главное, что он не смог убить и тебя.
— Нет, — Хелли закачала головой, — нет, не говорите так о нём, — просила девушка, — я не хочу верить, что он был настолько безумным, — она почти молила Крауча, не говорить подобного о своем сыне.
«"Был", а ведь она считает его мертвым. Как и все вокруг. Это горькая ирония… Я подстроил его смерть, а её похоронил пятнадцать лет назад. А она оказалась жива, но знает лишь то, что Барти скончался в Азкабане…»
— Хелли, я должен тебе кое-что рассказать.
Несколько месяцев назад после этой фразы Хелли ещё долгое время не могла спокойно спать. И сейчас за этой фразой следовали не менее весомые новости.
— Он жив.
Бартемиус решил рассказать ей правду. Он поведал ей тайну, что держал под секретом целых три года. Об этом не знал никто кроме него самого.
Три года назад его жена тяжело заболела. Перед смертью она просила в последний раз увидеть сына. Тогда Бартемиус воспользовался своим статусом в министерстве и вместе с женой отправился в Азкабан. Но он не ожидал, что после всего, что натворил его сын, Кассандра продолжит любить и помогать убийце. Более того, она уверяла мужа, что их сын не виноват в этом. Что ему нужна помощь.
Стоя в камере Азкабана, Бартемиус уже не мог повернуть назад. Кассандра заставила его дать непреложный обет и сделать всё, что она попросит.
Кассандра заранее приготовила оборотное зелье, и в тот день она обменялась с сыном обликом. Бартемиус поклялся помочь ему…
Кассандра скончалась в тюрьме через три дня. (Дементоры не видят человеческую оболочку, а лишь энергию внутри. Поэтому, когда она умерла, они лишь невозмутимо уничтожили тело, даже не заметив, что это совершенно не тот заключённый).