Мы выехали в тур в мае 2004, первым городом стал Сэйнт Луис. Contraband сразу после релиза в июне дебютировал на первом месте в чартах.
В дороге было непросто соблюдать режим тренировок и медитаций.
Займусь этим завтра.
А на следующий день всё повторялось.
И так я продолжал болеть в туре, всё сокращая время, которое должен был проводить в зале. Я устал и был эмоционально истощён – не столько из-за концертов, сколько из-за всего что происходило помимо этого. У нас был отпуск на пару недель в июле после разъездов по США, прежде чем мы поехали в Европу. Как-то вечером, когда я пытался разобраться с одной проблемой, Сьюзен спросила: «А почему это вечно ты должен разруливать все проблемы?».
В первую неделю Августа мы прилетели в Данию, чтобы начать пятинедельный тур по Скандинавии, Германии, Испании и Великобритании, плюс несколько дополнительных фестивальных выступлений в Швейцарии, Австрии, Бельгии, Италии и Голландии. Сначала я строго ходил на тренировки и медитации каждое утро. Порой я даже по нескольку раз в день посещал зал, просто чтобы не думать ни о чём. Но затем я стал всё реже и реже заниматься.
Я просто слишком занят, говорил я себе. И потом – я же теперь сильный.
Если столько людей от меня зависит – семья, группа – то наверное на меня можно положиться, наверное я сильный. Блять, да я даже Скотта заставляю держаться – я мужик!
К тому времени, как мы окончили этот отрезок тура, мне везло если удавалось выкроить десять секунд на медитацию в день.
То же повторилось и на других направлениях наших гастролей. К началу второго европейского этапа, когда мы приехали в Германию в июне 2005-го, группа уже была в туре - даже с учётом перерывов – тринадцать месяцев. И снова тренировки и медитация отошли на второй план. А потом я и вовсе прекратил их. В то же время в группе начался раскол. Оказалось, что я способен держаться в присутствии наркотиков и бухла, но управление делами группы, в то время как в ней закипает межличностная драма – вот это сводило меня с ума.
У меня оставалась заначка с таблетками Занакса от моих панических атак. Я хранил их в рюкзаке на крайний случай во время перелётов. Не смотря на то, что в обыденной жизни мне удавалось контролировать свои приступы, мне всё ещё было некомфортно летать. И пугало меня не да-он-же-рухнет, а чёртова-металлическая-трубка-мне-не-выбраться. Чаще всего уже сама мысль, что у меня есть Занакс меня успокаивала и купировала подступающие приступы паники. Я знал, что эти таблетки действуют быстро, так что сознание того, что у меня в багаже имелась эта маленькая баночка избавляло меня от тревоги во время перелётов. Между 1994 и 2004 я принимал лишь по четверти таблетки – их можно было резать, чтобы не принимать полную дозу – всего три раза, и каждый раз в самолёте. За исключением тех трёх раз, мне всегда удавалось уединиться в моём воображаемом безопасном месте, которое я построил благодаря занятиям боевыми искусствами.
Однажды в Эссене, в Германии, мои плечи и спина напряглись и в висках начал стучать пульс. Я почувствовал себя в западне. В западне, так же как в самолёте. Сидя в своём номере отеля, протянул руку к рюкзаку и достал из бокового кармана бутылочку Занакса. Пару минут я смотрел на упаковку, а затем открыл её и вытряхнул одну таблетку на ладонь. Я проглотил ту таблетку Занакса в одиночестве, в своём номере, потому что мне казалось, что я тащу весь мир на своих плечах.
Блять.
Это было уже не для перелёта. Это было от «стресса».
Так дело не пойдёт.
Я начал переживать.
Но вот таблетка начала действовать.
Мммм…
Всё в поряяяядке…
У меня было решение того хаоса, что подбирался ко мне.
На следующий день я принял две таблетки. Моя толерантность к препаратам вернулась.
На третий день я уже узнал, где раздобыть больше таблеток. На много больше. Я позвонил промоутерам в городах, в которые мы направлялись и договорился, чтобы они получили рецепты от местных докторов. Я сказал им, что меня мучают панические атаки и мне нужно то да сё. Вскоре у меня уже был коктейль – Занакс и Сома, мышечный релаксант.
Я забыл, что был наркоманом.