Вернувшись ночью в дом мамы, я занялся написанием своей первой песни. Я нервничал и никак не мог оценить своё маленькое музыкальное произведение. Нет, мне непременно нужно было сыграть его перед моими новоприобретёнными друзьями и проверить стоящая ли это песня или нет. Благодаря воспитательной атмосфере той первой группы я мог чувствовать себя спокойно, когда я делился своей самой первой попыткой сочинительства. Песня называлась «The Fake». И её хорошо приняли! По сути закончилось всё тем, что она была выпущена как сингл, несмотря на то, что к тому времени мы сменили название группы на the Vains.
Панк-сцена Сиэтла была полностью построена на создании чего-то при отсутствии всяческих благоприятствующих тому условий. Был только один бар, который интересовался панк-группами - Gorilla Room. Кроме выступлений в этом баре у групп не было иного выбора кроме как раскручиваться самостоятельно. Они снимали залы, принадлежавшие VFW**** и профсоюзам Oddfellows*****, или же играли в подвалах общинных домов. Эти дома не были сквотами******, они просто были местом, которое снимала компания панков. У них у всех были названия: Boot Boy House, Fag House, Cleveland. Можно было пойти и потусоваться в этих домах в любое время.
Люди в этом окружении не воспринимали себя всерьёз. У них было странное чувство юмора. Отличаться музыкально было почетно. Неважно было ли в игре группы что-то хорошее; если они пытались сделать что-то оригинальное, люди приходили посмотреть на них. Это способствовало возникновению интересной и местами даже клёвой музыки. Группе было недостаточно просто хорошо выглядеть, чтобы надеяться, что люди придут на их концерт.
Летом 1979 я сыграл свой первый настоящий концерт с the Vains. Поскольку все мы были несовершеннолетними, вместе с двумя другими группами мы снимали местный клуб по интересам, примыкавший к общественному парку. За неделю перед концертом мы с Энди украли около двадцати пластиковых тар из-под молока с задней части продуктового магазина и кое-как прибили на них фанеру. Теперь у нас была сцена для выступлений. Она сама по себе уже была чертовски волнующей для пятнадцатилетнего подростка! Наша собственная сцена. Чувак, да мы теперь могли играть где угодно!
Я никогда не забуду эту подготовку к концерту. Для своего самого первого выступления я позаимствовал пару чёрных ботинок с заострённым носом в стиле Битлов, одел жёлтые вельветовые штаны, которые заузили для меня, и чёрно-белую рубашку на пуговицах, которую я нашёл в the Salvation Army - это было задолго до того как появились магазины с “винтажной” одеждой.
На шоу пришло лишь восемьдесят или сто человек, но чувство того, что я попал именно на то место, которое было мне предначертано, было ошеломительным. Когда мы наконец-таки вышли на сцену, стоя на покрытой фанерой молочной таре, я прекрасно понимал, что все смотрят на меня, и на Кирса Крэсса, и на Энди… потом всё остановилось… а затем ускорилось… и снова остановилось. Я пытался контролировать происходящее и это всё просто прекратилось. Всё смешалось… вихрь эмоций, смятения и триумфа. Не помню зачем я это сделал, но я пнул в голову парня, стоявшего в первом ряду. Расплывшееся пятно всего происходящего будто превратилось в тёплую воду, которая омывала меня. Шум вокруг был всеобволакивающим и успокаивающим. Я был готов забыть про то, что у меня было кистозное акне, и что я был смущённым и рассеянным подростком. Я мог забыть о моем трудном детстве и разрушенных отношениях с моим отцом и обо всём остальном.
Я не запомнил сам концерт так же хорошо, как пережитые эмоции. Это был момент прозрения. Внезапно музыка стала всем тем, чем только я и хотел заниматься. День и ночь. Но не все горели желанием репетировать, ну или по крайней мере не так сильно как я, так что я старался состоять во многих группах, и поэтому мне всегда было с кем играть. Я также пробовал себя на разных инструментах, так что я мог сгодиться за любого необходимого участника группы.
Гитара, ударные, басс, да всё что угодно - я присоединюсь!
Я помню встречу с Ким Ворник из the Fastbacks как-то днём 1979го, когда мне было пятнадцать. Она была старше меня где-то лет на 5, но была знакома с моим другом и как-то подвозила нас домой из школы.