Вскоре, мы решили арендовать другое место для репетиций. Хотя мы должны были бы ежемесячно платить за аренду несколько сотен долларов, мы бы сэкономили деньги по сравнению с почасовой арендой других помещений для репетиций. Мы репетировали часами. Мы почувствовали, что встали на ноги и вместе наскребали деньги с началом каждого месяца, это дало нам больше свободы: мы могли оставить свое оборудование, в то время как раньше, при почасовой оплате за репетиционную базу, нам приходилось собирать всю свою аппаратуру, так как наставало время другой группы. Тем не менее, учитывая наши ограниченные ресурсы, мы должны были что-то придумывать.
В половине квартала от Sunset, что на Gardner, был вход на тупиковый переулок, который шел восточнее того места, что стало позднее Guitar Center. На полпути вниз по переулку, узкая тропинка вела к бетонированной площадке за начальной школой. Вдоль этого участка располагались двери отдельных складов, используемых для разного рода торговли. Мы нашли одно помещение, сдающееся в аренду за 400 долларов в месяц, и мы знали, что это наше место, хотя нам пришлось врать о том, что мы планировали делать там. Когда мы наконец прошли через все испытания, которые нам подсовывал опасавшийся хозяин, мы получили ключи от нашей новой репетиционной студии.
Если Orchid Street было тем местом, где Эксл, Иззи и Я жили, то переулок за Gardner стал тем местом где всё сошлось воедино, когда мы осознали себя единой группой. Мы превратили помещение более похожее на гараж, десять на четырнадцать футов, в штаб-квартиры нашей банды — место для репетиций, вечеринок, и, чаще всего, место для ночлега. Помещение базы имело дверь и сплошные шлакоблочные стены. Там не было санузла, но за 400 баксов в месяц о какой ванной может вообще идти речь? Но в любом случае, на парковке было отхожее место. Так же там не было счетчиков или отопительной системы, но зато было электричество, и мы могли создавать шум 24 часа в сутки.
Мы украли со стройки куски фанеры размером 2х4, которые мы использовали для сооружения кое-как сделанного второго этажа в нашем новом жилище. Второй этаж добавил нам так необходимое спальное место. Если бы вы заходили через дверь, все вещи в комнате были бы слева от вас. Сначала там стоял мой басовый усилитель, затем половина гитарного стэка Marshall, потом ударные Стивена, потом оборудование Слэша. Так мы и расставляли все это на сцене, на каждом концерте, пока Иззи не ушел от нас в 1991 году.
Наша аппаратура была старой и разбитой, с виниловым покрытием, отваливающимся от кабинетов и проч. Но в этой комнате наше дерьмовое оборудование звучало магически, нежно, и оглушительно. У нас не было микрофона для Эксла, так что нам приходилось импровизировать и довольствоваться малым. Где-то была фотография, на которой Эксл кричит мне прямо в ухо на репетиционной базе в Gardner. Это был единственный способ, с помощью которого он смог воплотить свои идеи в этих условиях. Поэтому нам было выгодно играть концерты так часто, как это возможно, так как это был наш единственный шанс услышать, что пел Эксл.
Забавно было: играешь на плохом оборудовании, без микрофона, и весь день смотришь из окна на мусорный бак и заднюю стену голливудского гитарного центра. Это место было магазином игрушек для тех, кто мог себе такие позволить, или для тех, у кого были связи с владельцами. Для нас все это было словно обидная шутка. К тому времени, когда мы заключили сделку на запись, я уже точно знал, какое новое оборудование я хотел купить. Справа от нашей базы была еще одна такая же, которую занимала группа Johnny and the Jaguars. Все члены группы приехали сюда из Денвера. Известная в Голливуде негласная закономерность заключалась в том, что если вся группа переезжает в другой город, то такой группе недолго осталось. Я полагаю, что образ жизни и увеселения в Лос-Анджелесе сеяли распри. Вам придется пройти через кучу нового дерьма, и ваша жизнь может принять разные обороты. Почти нереальным было для пяти парней, прошедших через одни и те же трудности в одно и то же время, одинаково отреагировать на эти испытания. Конечно же, Johnny and the Jaguars распались в скором времени. Что еще можно сказать о группах из других городов? Они были ужасны. По правде говоря, Johnny and the Jaguars не были великой группой. Но они были милой группой ребят, и позже, мы взяли их клавишника, Диззи Рида, чтобы он присоединился к нам в туре Use Your Illusions.