Мне спрыгнуть и попытаться что-то сделать?
Я был слишком напуган.
Мы снова прекратили играть.
«Блять, не поубивайте там друг-друга!» - сказал Эксл толпе.
Перерыв длился около 20 минут. Охрана вытащила из грязи десятки людей. А потом нам вновь позволили играть и закончить наш сет. И только позже мы услышали новости: два фаната погибли, задохнувшись, утопленные в грязи другими зрителями.
О, чёрт, нет, нет, нет…
Те два фаната, Алан Дик и Лэндон Сиггерс, просто пришли на рок-концерт. Они просто хотели увидеть нас, хотели подпевать нашим песням. А теперь они умерли. Всё о чём я мог думать – это моменты их предсмертной агонии, тот ужас, который им пришлось пережить, когда они пытались дышать в глубокой грязи, а другие зрители просто навалились на них. О Господи, нет. Лучше бы мы никогда не выступали на этом шоу! Я хотел извиниться перед их родителями.
Трагедия заставила меня задуматься о невидимой силе толпы и о том, как всё может измениться в мгновение ока – тот несчастный случай произошёл мгновенно.
Поклонение всегда имеет тёмную сторону. Никогда не забывай об этом. Никогда.
Должно быть хорошо всем – и ОСОБЕННО тем, кто приходит, чтобы поддержать нас.
Никаких больше невинных жертв. Никакой крови на твоих руках.
На следующий день мы вернулись в Штаты с тяжёлыми сердцами, чтобы закончить тур с Aerosmith.
Геффен официально выпустили “Sweet Child” как сингл для США в день, когда мы улетали в Англию для Доннингтона. Тремя неделями позже, к завершению тура Aerosmith в середине сентября, песня достигла первой строчки в чарте синглов.
Последнее шоу того тура было в Pacific Amphitheatre, что в Орандж Каунти, Зрители там размещались на газоне и поэтому влезть могло до 20 000 человек. Все билеты были проданы. Казалось, что большая часть народа пришла, чтобы поздравить нас с возвращением домой после года завоеваний, когда мы стали чем-то типа местных героев, но практически не выступали дома в Лос-Анджелесе.
Незадолго до того завершающего концерта, члены Aerosmith подарили каждому из нас по набору чемоданов от Halliburton в знак благодарности. Мне кажется, они испытывали к нам жалость – несмотря на успех Appetite и “Sweet Child”, мы по-прежнему держали все наши пожитки в брезентовых вещевых мешках, залатанных скотчем – по-прежнему всего лишь хулиганы из трущоб.
Побочным эффектом того, что в течение тура мы прятали свой алкоголь и наркотики стало то, что было меньше безумств даже за закрытыми дверями. Но на это последнее шоу пришли все кого мы знали, чтобы поздравить нас с успехом и покутить в честь победы уличного рока. Половина Лос-Анджелеса вдруг захотели дружить с нами, многие принесли наркотики, чтобы прогнуться перед нами. После того, как мы отыграли и вернулись за кулисы, чтобы начать вечеринку, мне вручили восьмую часть унции (3,5 грамма) кокаина. Я по-прежнему не баловался кокаином, и учитывая моё паническое расстройство, всё, что давало эффект «подъёма» меня пугало. Но чёрт с ним, у меня про запас был Валиум и водка, чтобы справиться с любыми последствиями. Мы же были на первом месте. Мы были дома.
Окей, подумал я после того как накатил ещё парочку, я занюхаю кокаина.
Чуть позже меня пригласили на сцену, чтобы сыграть с Aerosmith финальную песню тура. Я так и застыл. Они хотели, чтобы я играл “Mama Kin”, песню которую Guns перепели на Live! Like a Suicide, песню, которую я любил всю свою жизнь.
Блять, а меня так штырит с кокса…
Так, быстро: выпей большущий стакан водки и съешь таблетку.
Когда я вышел на сцену с Aerosmith, я впервые испытал на себе отравляющую смесь успокаивающих и веселящих препаратов. Бесчисленное множество раз я ещё приму эту смесь в будущем. Не знал я, что это станет моим секретным зельем, моей панацеей на последующие шесть лет. Я принимал это, когда мне было грустно. Принимал, когда было весело. Принимал до тех пор, пока у меня чуть не отказал мозг, когда я потерял всякую надежду и был оставлен умирать.
Оглядываясь назад, я думаю о той ночи, как о моменте, когда началось моё превращение из парня, у которого был и дух и душа, который смотрел на стакан, как на половину полный, в чёрную тень того, кем я когда-то был.
Часть II
Loaded
Глава 19
“Sweet Child” был вытеснен с первой позиции песней “Don’t Worry, Be Happy”, но Appetite поднялся на вершину альбомных чартов и оставался там несколько недель. Наша жизнь начала безвозвратно меняться.
Все парни из Guns пришли из простых семей рабочего класса. Деньги никогда не были тем, в чем мы разбирались – потому что их у нас не было. Прежде мы долгое время довольствовались малым. Теперь, у нас была хитовая запись. Я помню, как получил первый чек: каждый из нас получил 80 000 долларов. Это была непостижимая сумма денег. Эта сумма была для нас словно миллион долларов.