- Хорошо, - сказала она, наконец, - Но поторопись вернуться.
- Хорошо, - сказал он, - О, и не беспокойся насчет того, чтобы одеться. Оставайся в чём есть.
Она отпустила его руки.
- Все в порядке, ты же знаешь, - сказала она. -Тебе вовсе не обязательно скрывать это от меня.
Он замер.
- А куда именно, по-твоему, я иду?
- Навестить их, - ответила она таким тоном, что он совершенно ясно понял, кого она имеет в виду, - Я понимаю, - продолжала она. - Не надо стыдиться.
Он даже не стал отрицать этого.
- А как ты поняла?- спросил он.
- В последний раз ты ездил туда две недели назад.
Он снова поцеловал ее, долго и страстно, и она поцеловала его в ответ, а когда они, наконец, оторвались друг от друга, слова потоком поли-лись из его рта. Слова, которые он хотел бы произносить вечно, но просто не смог.
- Я люблю тебя.
Ее глаза расширились.
- Послушай, я знаю, что ты расстроен тем, что твоя большая тайна раскрыта, но это не повод словами только ради конспирации.
Он пристально посмотрел на нее.
- Ты ведь мне не веришь, правда? - деловито спросил он.
Она скрестила руки на груди.
- Что?
- Ты действительно думаешь, что я сказал бы тебе что-то подобное, если бы не имел этого в виду?
- Ну, нет, - сказала она, краснея, - Но ведь это именно так, - она замолчала, подыскивая слова, - В этом нет никакого смысла. В любом случае. Как друзья, или партнеры, или еще что-нибудь. И мы никогда этого не делали. А тебя это не беспокоит?
Он на мгновение задумался.
- А почему это должно иметь смысл?- спросил он, - Почему бы нам просто не оставить все как есть?
- Я никогда раньше не делала ничего подобного, - сказала она, - Я никогда в жизни не думала о чем-то меньшем, чем тогда, когда решила быть с тобой.
- Тогда зачем ты это сделала?
- Это было правильно. Но я не понимаю почему,- она казалась расстро-енной, и он предположил, что она думала об этом в течение некоторого времени.
-Ты – это ты. Ты невыносим и заноза в заднице, и раньше были дни, когда я всерьез рассматривал возможность убить тебя, и к черту последствия.- Он усмехнулся.
- И вот мы здесь.
- Ты слишком много думаешь, - мягко сказал он ей, - Я люблю тебя. Это все.
- И я люблю тебя, - тихо призналась она, - Хотя и не должна.
- Есть вещи, в которых нет никакого смысла, Тереза, - сказал он, - Они просто есть.
Они снова поцеловались.
- Ты владеешь какой-то магией?- сказала Лисбон, - Я начал проводить лишние десять минут перед зеркалом после того, как ты присоединился к КБР.
Он не знал, то ли удивляться этому нехарактерному для Лисбон признанию в тщеславии, то ли удивляться тому, что она действительно пошла на крайние меры, очевидно, чтобы произвести на него впечатление.
- Ты хочешь что-то узнать?- спросил он, - Я тоже так думал.
Он всегда знал, что его волосы и улыбка были одними из лучших его достоинств, и с момента возвращения домой после своего первого дня в КБР, внезапно стали жизненно важны. И будут до тех пор пока они важны этой дерзкой маленькой брюнетке ? ныне его любимой женщины.
Она громко рассмеялась.
- Я знала, что твои волосы сами по себе не были такими идеальными, - сказала она, - Ты лжец.
- Зато я заставил тебя это заметить, - сказал он. - Значит, мой план сработал.
- Да, - саркастически согласилась она, - Потому что обычно тебя так легко игнорировать.
Он улыбнулся, поцеловал ее в лоб и высвободился.
- Увидимся позже, - сказал он.
- Передай им от меня привет, - сказала она, поворачиваясь, чтобы сварить кофе.
- Будет сделано.
Садясь в машину, он увидел, как задернулась занавеска. Она появилась из-за неё, слегка помахала рукой и снова исчезла.
Потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к домашней обстановке. Возвращаться после работы к любимой женщине, которую вместо пустой квартиры и плохим воспоминаниям.
Их жилище было маленьким и скромным, но оно принадлежало им. И это было все, что действительно имело значение.
*************************************************************
Резкий шлепок эхом разнесся по комнате. Закусочная Реми была почти пуста, за исключением двух посетителей, сидевших вместе в угловой кабинке.
- Я уже говорила, Касл. Если хочешь картошки, закажи себе сам!
- Но я хочу только несколько!- он заскулил, - И вообще, мы собираемся пожениться. Мы должны делиться!
- Про еду разговора не было.
- Продолжай вот так убирать картошку, и ты можешь не влезть в свое платье, - пошутил он.
Она вскинула голову и пристально посмотрела на него. - Он поморщился.
- О, я заплачу за это, не так ли?- сказал он нервно.
- Да. Дорого.
Он ей поверил. Иногда он думал, что будет лучше, если он вообще не будет говорить. Он наверняка попадет в гораздо меньшие неприятности. Но опять же, несмотря на то, что она жаловалась на его обжорство, он знал, что его чувство юмора и владение английским языком сильно помогли одержать победу над ней. Достойная компенсация.
Она вернулась к своей еде, и он наблюдал за ней. Вот уже три года он всеми фибрами души любил эту женщину.
Сколько раз он сидели за этим самым столом вместе с ней, заворожен-ный каждым ее движением, задаваясь вопросом, наберется ли он когда-нибудь смелости сказать ей о своих чувствах? Она боялась того дня, когда придет к нему и скажет, что любит кого-то другого.
Никогда еще этот страх не был так силен, как тогда, когда она была с Джошем. Идеальная работа, идеальная внешность, идеальное все, но, в конце концов, не для нее.
По какой-то причине она выбрала дважды разведенного писателя, который работал только тогда, когда ему этого хотелось, а чаще всего балбесничал, позволяя своим безумным идеям улетучиватьс.
Каждый день он отчасти ожидал, что все вокруг него рухнет. У него была любимая карьера, потрясающая дочь, замечательная мама и давние друзья в полицейском участке, а через несколько месяцев он собирался жениться на самой замечательной женщине на планете. С тех пор он «подстраховывал ставки», удваивая свои благотворитель-ные взносы, чтобы накопить «кармические бонусы». Просто казалось, ему незаслуженно повезло.
Хотя нельзя сказать, что это было легко. Любой, кто знал их, мог засвидетельствовать, их с Беккет путь был долог.
И в ту ночь, после их адского свидания, почти всё закончилось.
Он уныло сидел на диване, слушая, как Алексис прогоняет Беккет, словно Вышибала из ночного клуба. Он никогда еще не слышал, чтобы его малышка так злилась, с безжалостным удовлетворением чуть ли не разрывая в клочья одежду Кейт.
Но, как всегда, Алексис была права. Он больше не мог. Это должно было прекратиться. Поэтому он позволил ей впустить Беккет. Через некоторое время они оба подошли к тому месту, где он сидел, и заняли свои места, Беккет в кресле напротив него, а Алексис покровительст-венно встала рядом с ним.
Он мягко прогнал свою дочь обратно в ее комнату; отчасти потому, что ей утром надо было в школу, а отчасти потому, что он не мог рисковать тем, что она увидит, чем всё обернётся в случае фиаско. Дочерям не нужно видеть, как плачут их отцы. Алексис поцеловала его в щеку, бросила испепеляющий взгляд на Беккет и удалилась.