— Отведем-ка его к аббату, — посоветовал другой монах. — Или лучше бросить его в подземелье, — добавил он сердито.
— Идемте, — сказал первый монах и, схватив Винченцо за руку, потащил его к выходу.
Гнев и отчаяние придали юноше силы, он вырвался и бросился в первую же дверь, к счастью выходившую прямо на улицу.
Когда Винченцо вернулся домой, его вид и состояние должны были бы тронуть любого, у кого не очерствело сердце. Однако юноша сознательно решил избежать встречи с отцом, а что касается матери, то он не хотел дать ей повод для торжества. Менее всего он мог рассчитывать на ее понимание и сочувствие.
Когда маркизе стало известно о намерении сына жениться на Эллене ди Розальба, она, не медля, рассказала об этом Скедони с целью просить у него совета, как воспрепятствовать этому. Скедони предложил ей свой план. Маркиза согласилась с ним, тем более что осуществить его представлялось довольно легко. Когда-то она была хорошо знакома с настоятельницей монастыря Сан-Стефано, знала характер этой монахини и полностью доверяла ей. И она в ней не ошиблась и на этот раз. Настоятельница не только согласилась помочь маркизе, но даже проявила особый интерес к плану Скедони. Поскольку все действительно увенчалось успехом, маркиза менее всего собиралась что-либо менять, несмотря на состояние сына и его мольбы и слезы. Как горько раскаивался потом бедный Винченцо, как корил себя за то, что открылся матери, питал какие-то надежды на ее участие и понимание. Он ушел от нее окончательно убитый и подавленный.
Верный Паоло, срочно вызванный к молодому хозяину, не смог ничем обрадовать его, ибо ничего не смог разузнать об Эллене. Винченцо отослал его, велев продолжать поиски и расспросы, и в полном отчаянии заперся в своей комнате.
Вечером не находивший себе места юноша покинул дом и бесцельно бродил по улицам, пока не оказался у причалов. Рыбаки, грузчики и прочий портовый люд заполняли причалы, дожидаясь возвращения запаздывающих рыбацких баркасов из Санта-Лючии. Винченцо, низко надвинув шляпу и сложив руки на груди, прохаживался по краю мола, рассеянно прислушиваясь к разговорам, и с грустью смотрел на белевшие вдали очертания виллы Алтиери. Он думал об Эллене, вспоминая, как они вместе, сидя в беседке, любовались прекрасным видом на залив. Теперь все потеряло для него прежнюю прелесть, краски померкли. Он не видел ни заката, окрасившего золотом гладь вод, ни маяка в конце мола, ни быстро сновавших по заливу рыбацких лодок. Как они всегда восторгались картиной предзакатного залива! И было это совсем недавно, когда перед самой смертью синьоры Бианки они сидели втроем в саду. В тот вечер старая синьора вручила ему судьбу Эллены. Воспоминания об этом огнем обожгли душу бедного Винченцо. Он казнил себя за то, что сейчас так растерян и напуган, что до сих пор не смог преуспеть в поисках похищенной девушки. В эту минуту он твердо решил уехать из Неаполя, покинуть отчий дом и не возвращаться до тех пор, пока не найдет Эллену. Принятое решение вновь вернуло ему силы.
Он тут же попробовал справиться у рыбаков, где можно взять лодку. Винченцо хотел обследовать побережье, ибо подумал, что Эллену могли морем увезти с виллы Алтиери и спрятать в одном из монастырей, которых немало на побережье.
— У меня, синьор, всего одна лодка, — ответил ему первый рыбак, к которому он обратился. — Она мне самому нужна, но можно спросить у моего приятеля. Эй, Карло, синьору нужна на время небольшая лодка, как твоя.
Но Карло не откликнулся, ибо с интересом вместе с другими слушал то, что рассказывал один из их товарищей. Подойдя поближе, Винченцо хотел было повторить свой вопрос, но был удивлен тем вниманием и интересом, с которыми рыбаки слушали рассказчика.
— Говорю вам, — убежденно отвечал тот на чьи-то сомнения, — все было точно так. Я всегда раза два в неделю возил им свежую рыбу. Это очень хорошие люди, никогда не скупятся и всегда добавят дукат или два к моей цене. Так вот, как уже сказал, я, как обычно, постучался в дверь и вдруг услышал за нею стоны, а потом голос старой служанки, зовущей на помощь. Как мог я ей помочь, если дверь оказалась запертой? И решил попросить помощи у старика Бертольди, вы его знаете, он живет по ту сторону дороги на Неаполь, но не успел сделать этого, потому что откуда-то появился молодой синьор и, не раздумывая, влез в окно и освободил бедняжку Беатрису. Она-то потом и рассказала мне всю эту историю.
— Какую историю? — не выдержав, воскликнул Винченцо. — О ком вы говорите?
— Всему свое время, синьор, сейчас узнаете, — ответил с достоинством рыбак и вдруг пристально посмотрел на юношу. — Эй, синьор, не вас ли я видел там? Ведь это вы освободили бедняжку Беатрису?