Анастасия:
Что ты делаешь в аэропорту? Ты уезжаешь куда-то?
работа?
Лабукас:
Я переезжаю из Великобритании. Мне пришлось уехать.
Анастасия:
Ты что ? Почему?
Лабукас:
Мне угрожает опасность. Из прошлого. Им нужно это расследовать.
Анастасия:
Расследовать что?
Лабукас:
Они убили человека, с которым я работал давным-давно. До твоего рождения. До моего приезда в Англию.
Анастасия:
Кого убил? Как?
Лабукас:
В Америке. Неважно. Меня везут в одно славное место. Можешь приехать в гости.
Анастасия:
В гости ? Как, папа? Куда ты идёшь? Почему ты нам не сказал ?
Лабукас:
Мне не разрешили тебе рассказать. Я всегда мечтал туда съездить. Пляжи. Очень либеральные, детям там хорошо.
Вам понравится.
Анастасия:
Мне нравится Рединг! Мне нравится приезжать к тебе в Андовер. Я не хочу ехать на Ближний Восток. Это ты всегда говорил о поездке туда, а не мы.
Лабукас:
Пожалуйста, не разговаривай с отцом таким тоном. Прояви уважение.
Анастасия:
Прости, папа. Я просто расстроена. Это большой сюрприз. Ты в опасности? Как мы узнаем, как с тобой связаться?
Лабукас:
Они найдут способ. Нам просто нужно им довериться. МИ-6 очень умны. Мне ничего не угрожает. Они обо мне очень хорошо заботятся.
Мне дали билет в бизнес-класс!
Анастасия:
Ты хочешь сказать, что они позаботятся о тебе так же, как они позаботились о Литвиненко? Как они позаботились о Скрипале?
Лабукас:
Это другое дело. Я другой. Я не такой, как те мужчины. К тому же, они усвоили урок.
Стенограмма разговора была передана в соответствующие службы в Москве. Используя источник в аэропорту Хитроу, регулярно предоставлявший информацию о пассажирах, следующих транзитом через Лондон, ФСБ удалось получить запись с камер видеонаблюдения, на которой Аранов совершал звонок. «Лабукас» стоял между выходами 37 и 38 в Терминале 5. Это не требовало
сверхсложные методы обнаружения позволили обнаружить, что рейс British Airways в Дубай должен был вылететь из выхода 38 менее чем на час позже.
Теперь ФСБ знала, куда именно на Ближнем Востоке направилась цель.
Более того, получив копию пассажирского манифеста, они смогли получить имена и номера паспортов семи мужчин, летевших в Эмираты в почти пустом салоне бизнес-класса. Двое из них были государственными служащими из Кении; трое – гражданами Великобритании моложе сорока лет. Оставалось двое мужчин, которых могли считать Аранов: гражданин Эмиратов, оказавшийся влиятельной фигурой в Абу-Даби Инвестиционном управлении; и г-н Себастьян Глик, 58 лет, путешествовавший по польскому паспорту.
Теперь они знали его имя.
38
План Кайта был прост: поселить Аранова в пятизвёздочном отеле в Джумейре, убедить его, что МИ-6 нужно три недели, чтобы согласовать с властями ОАЭ детали его пребывания, и использовать это время для отслеживания российской радиоэлектронной разведки и местной активности на предмет любых признаков того, что Москва проявила интерес к его приезду. След из хлебных крошек был проложен от улиц Андовера до небоскрёбов Дубая. Из-за COVID-19 и жары конца лета отели были заполнены на 40%: даже самому неторопливому агенту ФАПСИ потребовалось бы не больше нескольких часов бумажной работы.
Глик был зарегистрирован как гость Дэвида Хиггинса, бизнесмена, путешествовавшего по американскому паспорту и снявшего соседние номера в отеле Faleiro Beach Resort в Марине. «Хиггинсом» называли Джейсона Фрэнкса, бывшего бойца спецподразделения ВМС США «Морские котики» и главного бойца Кайта, когда для операции требовалась мощная сила.
Работая посменно с Джимом Стоунсом, Фрэнкс должен был стать первой линией обороны Аранова против немедленного, упреждающего нападения России, оставаясь рядом с ним в любое время дня и ночи.
Инструкции Кайта были просты: они не должны были выпускать Аранова из виду. Они должны были следить за ним, когда он плавал в бассейне отеля «Фалейро», сидеть с ним в баре, когда он выпивал, сопровождать его в любой из трёх ресторанов отеля, куда Аранову вздумается сходить. Им не разрешалось покидать комплекс «Фалейро», который делил 800 метров пляжа и семь акров сада с соседним отелем «Меридиен», без разрешения Кайта, заранее условленного и отправленного на телефон Джейсона сигнала . Незнакомцам также запрещалось приближаться к Аранову без предварительного разрешения. Прежде всего, Кайт настаивал на том, чтобы Аранов держался подальше от женщин.
«Дубай кишит русскими проститутками, — сказал он им. — Любая из них может оказаться сотрудницей ФСБ с ампулой «Новичка» в сумочке. Она могла бы выбрать
В баре, флиртовать с ним у бассейна, одаривать его улыбкой в спа. Не успеешь оглянуться, как Юрий уже будет пить то, что он считает стаканом мятного чая в её спальне, а через несколько часов бороться за жизнь в городской больнице. У него будет достаточно времени, чтобы насладиться жизнью, как только он покинет отель. Мы можем контролировать, куда он идёт и с кем разговаривает. Но пока он в «Фалейро», никаких секс-игрушек. Он будет протестовать. Он будет ныть и ныть, но – как сказала бы Кара – таковы правила.