«У нас есть бронь».
Англичанин говорил это через плечо Аранова. Сначала Аранов был этим раздражен и уже собирался сказать молодому человеку, чтобы тот подождал своей очереди, как вдруг стало ясно, что его приглашают присоединиться к ним.
«Ты ведь сам по себе, да?» — спросил он, одарив Аранова дружелюбной улыбкой.
«Вы можете сесть с нами. Жаль, что мы проделали такой путь и не смогли попасть внутрь».
Хозяйка, узнавшая мужчину и поприветствовавшая его нежным поцелуем, видимо, сочла это отличным решением проблемы и уговорила Аранова принять приглашение. Блондинка в маске и британка тоже, похоже, остались довольны результатом. Аранов был в восторге.
«Вы уверены?» — спросил он. «Это очень мило с вашей стороны. Очень предусмотрительно. Позвольте мне угостить вас всех выпивкой. Это меньшее, что я могу сделать».
Появилась официантка и провела группу к столику с видом на сад.
Пока Аранов ждал, когда дамы сядут, он еще раз поблагодарил мужчину за его доброту и гостеприимство.
«Как тебя зовут?» — спросил он. «Меня зовут Себастьян. Себастьян Глик».
«Тоби Ландау», — ответил мужчина, энергично пожимая руку Аранову. «Это моя девушка Салли Таршиш и наша хорошая подруга Наталья. Вы приехали в Дубай по делам или на отдых?»
49
Кара восхищалась тем, как спокойно Тоби контролировал ситуацию, идеально рассчитывая время их подхода, непринуждённо болтая с Арановым в лифте, а затем спасая положение с хостесс. Быть с Тоби, играть роль его новой девушки, оказалось гораздо проще, чем она ожидала, в том числе потому, что за короткое время знакомства между ними возникла настоящая связь. Ожидал ли этого Кайт? Неужели он настолько хорошо понимал их обоих, что предвидел их взаимное влечение? С первой минуты их якобы случайной встречи в кофейне что-то щелкнуло. Когда Тоби взял Кару на «Крик» в слащавый романтический круиз, изначально задуманный исключительно для предыстории и метаданных, они влюбились друг в друга совершенно искренне. Им не нужно было притворяться, что им комфортно в обществе друг друга; химия между ними была такой же сильной, как всё, что Кара когда-либо испытывала, и тем более захватывающей, что она зародилась в атмосфере секретности.
Совместная работа была одной из первых идей Кайта, способом для них обоих, чтобы они могли работать вместе в Дубае, не вызывая подозрений у местных или русских. Каре приходилось постоянно напоминать себе, что эти отношения – мираж, оперативная необходимость, а не что-то реальное или значимое, даже несмотря на то, что она продолжала возвращаться в квартиру Тоби и делить с ним постель каждую ночь. Ей нравилось, как он откровенно рассказывал о своей работе, словно она была психоаналитиком, священником, лучшим другом, которому он мог довериться. Наконец-то, сказал он, появился кто-то, кто понимал напряжение и напряжение двойной жизни, но также и азарт секретной работы, игры по самым высоким ставкам. Они долго гуляли по Бизнес-Бэй и Марине, часами рассказывая о своих переживаниях: Кара рассказывала Тоби о своей работе в МИ5, Тоби рассказывал о взрослении в Великобритании, о своей матери, умершей в сорок три года,
Воспитанный отцом, который понимал, как отдать мальчика в интернат в восемь лет, забрать его десять лет спустя и надеяться, что этот опыт сделал из него мужчину. Они говорили о том, как их вдохновляло играть на чувствах людей, понимать ситуацию, притворяться одним человеком, будучи на самом деле совсем другим; оба признавали, что в тайном мире есть что-то затягивающее, что, скорее всего, в долгосрочной перспективе может иметь разрушительные последствия.
Кара знала, что важно не упускать из виду причину, по которой они вместе, не забывать, что у Тоби была жизнь в Дубае, карьера под прикрытием и сеть агентов, бесценных для бесперебойной работы BOX 88 в Персидском заливе.
Через несколько недель она вернется в Лондон и будет вынуждена вернуться в «Собор», чтобы продолжить обучение. То, что было между ними, останется лишь воспоминанием, далёкой летней интрижкой, о которой будут вспоминать с нежностью годы спустя. Но когда она смешила Тоби, или он варил ей кофе по утрам, или будил её среди ночи, чтобы заняться любовью, трудно было представить, что их отношения не переживут операцию Аранова. Кара тайно надеялась – безумная профессиональная фантазия, которой её научили сопротивляться, – что Кайт перевезёт её в Дубай, чтобы она могла остаться с Тоби, и они оба могли бы продолжать работать в BOX 88.
Разговор в лифте отеля «Ройал Континенталь» стал для Кары первой встречей с Арановым, человеком, который довлел над её рабочей жизнью почти три месяца. Устроившись рядом с ним на террасе, она изо всех сил старалась не пялиться на него, как если бы смотрела на известного актёра или музыканта. Он оказался гораздо более симпатичным, чем она ожидала, с сочувствующим взглядом и озорной улыбкой. Кайт и Рита так часто и так забавно жаловались на его перепады настроения, что Кара ожидала увидеть ворчливого, высокомерного зануду. И всё же, пока Аранов развлекал их историями о своём русском детстве, на удивление искусно врал о причинах переезда в Дубай и с удовольствием покупал подряд безумно дорогие коктейли – пусть и за счёт Кайта – Кара обнаружила, что проникается к нему симпатией.