— Какая чушь, — отрезал Роб.
— Ты говоришь о Меллани Рескорай? — спросил Саймон. — О журналистке?
Мэнди недоверчиво фыркнула.
— Да, — ответил Мортон.
— А как то, что мы утаим информацию, поможет Содружеству? — спросил Саймон.
— Я не говорю, что мы никогда не сообщим о мобайле, — пояснил Мортон. — Я только хочу узнать, не будет ли каких-нибудь осложнений.
— И как ты предлагаешь это выяснить? — спросил Роб.
В его напряженном голосе прозвенели опасные нотки.
— Меллани устроила так, что в наших сообщениях для шоу Микеланджело могут содержаться секретные послания. Она сумеет узнать, безопасно ли рассказывать флоту о мобайле Боузе.
— «Безопасно»! — буркнул Роб. — Старик, ты сходишь с ума!
— Послушай, один день ни на что не влияет, — рассудительным тоном произнес Мортон. — Здесь нам ничего не угрожает. Нам все равно надо подождать, пока вокруг Рэндтауна не изменятся границы силового поля. Просто позвольте мне сделать по-своему.
— Дерьмо! — Роб сердито взглянул на Кэт. — А ты что скажешь?
— Я? Я думаю, что это забавно, дорогуша. Давай, Морти, натяни нос флоту. Я голосую за тебя.
— Не знаю, насколько это важно, — вмешался Саймон, — но я верю Меллани.
— Как ты можешь? — возмутилась Мэнди. — Эта шлюха насмехалась над нашим городом, над всем, что нам дорого, над твоими идеалами. Из-за нее нас ненавидело все Содружество.
— Она спасла нас, не так ли? — мягко возразил Саймон. — Я думаю, она искупила свою вину.
— Здесь что-то произошло, — заговорил мобайл Боуз, и все повернулись в его сторону. — Именно здесь Утес Утреннего Света столкнулся с РИ — их единственная стычка за все время вторжения. Поэтому я и выбрал Рэндтаун для возвращения в Содружество — у РИ здесь имеется какой-то интерес.
— Имелся, — поправил его Мортон. — Меллани работает на РИ.
— Ага, — вздохнул Саймон, и впервые за много недель на его лице появилась настоящая улыбка. — А я-то удивлялся, как ей удалось все это провернуть.
— Твоя подружка является чем-то вроде агента РИ? — недоверчиво спросил Роб. — Эта… эта… куколка?
— Эй! — рыкнул Мортон.
Кэт снова рассмеялась.
— О, это восхитительно! Премного тебе благодарна, Морти.
Мортон решительно взглянул в лицо Роба.
— Итак, должен ли я сообщать флоту о нашей находке?
Роб обвел глазами остальных, остановив взгляд на мобайле.
— Что за бардак! Поступай как хочешь, Мортон. Но после взрыва ядерного заряда твоей девчонке лучше бы привести вескую причину для нашего молчания. И пусть она поторопится.
— Я ей передам.
Марк и Лиз проводили вечер в гостиной за бутылкой вина, переживая последние мгновения Рэндтауна. Вино было из долины Улон. Эл-дворецкий Марка отыскал поставщика на Лионе, у которого осталось еще несколько таких бутылок. Мало того что цена на вино оказалась грабительской, так к ней еще добавилась и срочная доставка курьером «Моз-экспресс». Но что еще можно пить, когда переживаешь ядерный взрыв, уничтожающий город, в котором ты жил совсем недавно?
В студии вместе с Микеланджело была Меллани — комментировала репортаж. Она отдала должное печальному событию, надев длинную черную юбку с разрезом, при каждом шаге открывавшим ее красивые ноги. Волосы она зачесала назад и стянула в тугой волнистый пучок. Микеланджело в ярко-синем костюме сидел за своим столиком, похожий на юного греческого бога. Сексуальное напряжение между этими двумя было настолько сильным, что каждый, кто подключался к ВСО через широкополосный канал, почти ощущал запах феромонов, излучаемых парочкой ведущих.
Все это вызвало у Марка не слишком приятные воспоминания о том дне, когда они впервые встретились с Меллани во время блокады магистрали в горах Даусинг.
— Ты была там во время эвакуации, — заговорил Микеланджело. — Что можешь сказать по этому поводу?
— Эвакуации нельзя было избежать. Время, проведенное в Рэндтауне, я вспоминаю с удовольствием. Люди там немного странные, это нам уже известно, но то, что праймы сотворили с городом и озером Тринеба, вызывает у меня глубокую печаль. Чужаки получили по заслугам, и я надеюсь, что действия других отрядов десантников будут такими же эффективными.
— Ты говоришь об эффективности. Но они потеряли двух товарищей в первый же день после высадки. А этот эксклюзивный для нашего шоу репортаж свидетельствует о чрезвычайных трудностях, с которыми им приходится сталкиваться на поверхности.
Изображение изменилось, и вместо студии появилась зернистая монохромная картина ночного горного склона, полученная сразу с нескольких сенсоров. В центре раскинулся Рэндтаун, и силовое поле над ним мерцало, словно светящаяся жемчужина на побережье. Ядерный взрыв залил гостиную ярким светом. Силовое поле еще держалось несколько мгновений, сдерживая мощь взрыва, но затем рухнуло, выпустив огромное грибовидное облако в клубящуюся бездну темного неба.