Они улыбнулись друг другу более многозначительно.
Лиз проглотила последний кусочек гренка.
— Мм, слишком много перца. Придется откорректировать программу шеф-робота.
Марк посмотрел в широкое венецианское окно за ее спиной. Лиз в любой комнате дома неизменно садилась спиной к окнам. «Я ненавижу этот пейзаж, — заявила она уже на третий день после переезда. — Труп мира, планета-вампир».
— Похоже, нас ждет неплохой день, — весело сказал Марк, увидев солнечные лучи на скалах и песчаной почве. — Горное озеро достаточно прогреется, чтобы можно было поплавать.
— Как скажешь.
— Что-то не так?
— Нет. Да. Это место. Оно действительно сводит меня с ума, малыш.
Он приподнял макет газеты, по которой все еще бежали строчки новостей.
— Нам так или иначе не придется задержаться здесь надолго. Военный флот в любой день может нанести удар по Вратам Ада.
Лиз, оглянувшись на открытую дверь, понизила голос:
— А если этого не хватит?
— Хватит.
— В таком случае почему же Шелдон строит свой флот?
— Потому что в самом начале, когда все рушилось, Шелдон стал сходить с ума. В любом случае, если мы прогоним праймов в их родной мир, он сможет воспользоваться своими кораблями.
— Как ты сказал?
— Дорогая, Содружество — это все, что есть у людей. Мы все сбились в одну огромную группу. Разве не замечательно было бы основать еще одну цивилизацию на другом краю Галактики? Возможно, она стала бы совершенно иной. Теперь мы знаем, как избегать ошибок, как строить нечто новое. Для осуществления этой идеи найдется немало желающих, ведь так много людей предпочитают селиться в странных местах вроде Дальней или Сильверглейда.
— Угу. — Она откинулась назад и взглянула на мужа с любопытством. — И мы будем в их числе?
Энтузиазм Марка резко угас.
— Ну, не знаю. А как ты думаешь?
— Я знаю только одно: воспитывать детей надо в безопасности, под защитой Содружества. Вот когда они вырастут и смогут сделать собственный выбор, пусть решают, хотят они заняться бродяжничеством в неизведанных мирах или нет.
— Ну, ты права. Конечно. Но мне нравится сама идея.
— Я вижу, малыш. И с радостью поговорю на эту тему позже, лет через пятнадцать.
— Ага. Хорошо. Я не думаю, что попытка колонизации Галактики будет единственной. Мне кажется, мы приближаемся к золотому веку. Не исключено, что нападение праймов — это лучшее, что могло с нами случиться. Вторжение стряхнуло с нас лень благополучия. Подумай только: множество флотилий, улетающих навстречу неизведанному! Клянусь, когда-нибудь мы сумеем совершать межгалактические путешествия. Это будет здорово, правда?
Лиз терпеливо улыбнулась.
— Я все время забываю о твоей молодости.
— Хочешь сказать, что ты против? — с удивлением и не без огорчения спросил Марк.
— Честно говоря, я об этом не думала. Только сделай мне одолжение, не рассказывай о своих фантазиях детям. У них и так не слишком спокойная жизнь, чтобы подкидывать еще какие-то дикие идеи вроде этой.
— Вроде какой? — спросил Барри.
Он только что подошел к двери, волоча в одной руке куртку.
— Я позже тебе расскажу, — автоматически ответил Марк. И подмигнул. — Когда твоей мамы не будет поблизости.
— Не смей, — рыкнула на него Лиз.
Барри довольно хихикнул.
— Договорились, па. — Он скрылся в глубине дома. — Эй, сестренка, я кое-что знаю, а тебе не скажу.
— Что ты знаешь?
— Не скажу.
— Свинья!
Лиз насмешливо закатила глаза.
— Да, денек будет нелегким.
Марк заранее договорился взять из гаража напрокат «Форд Трейлмастер-7». Семейство погрузилось в салон, Панду посадили назад — и машина выехала из жилого квартала на кольцевую дорогу. Все гражданское строительство к этому моменту уже было завершено. Город достиг своих проектных размеров, и в нем разместились двенадцать тысяч специалистов и техников, занятых в орбитальных доках на сборке кораблей, и экипажи, которым предстояло вести корабли в космос.
Яркое солнце на бледно-фиолетовом небе рождало бесчисленные блики на композитных панелях зданий. Между домами оставались полосы сыпучего песка с мелкими осколками камней; нигде не было видно ни единой травинки. Никаких садиков. Растения, существующие в пригодных для жизни людей мирах, сюда не допускались. Сотни модифицированных роботов-садовников постоянно патрулировали город, распыляя в песке биологические ингибиторы, предотвращающие зарождение растительности. Нечистоты из каждого дома, как и прочий мусор, отправлялись на Крессат, а оттуда — на Августу. Ничто не должно было загрязнять первоначальную биосферу.