- Блядь… Лучше бы я его убил! Нахрен мне этот геморрой? А твоя жена… Мне показалось она знает что делает… И так глупо его упустила…
- Не стоит винить Миру. Она женщина, - отвечает Громов, как всегда принижая мою значительность. Для таких как Громов, женщины - низкие существа. – Ты сам облажался, поэтому это наша совместная проблема!
Горецкий устало вздыхает и говорит:
- Я не знаю, кто такой Иуда и есть ли у него родственники, - отвечает раздраженно. – Ты же знаешь, мы такого не проверяем, потому что смысла в этом нет. Если боец начинает создавать проблемы, мы его просто убираем. Вот и всё решение. Я даже имени его настоящего не знаю… Только прозвище, которое обычно, ему придумывают зрители, сокамерники или они же сами. К тому же, его привезли мне из другого города. Сказали, что хорош в драках и что я на нем неплохо заработаю. В этом мне не солгали, ведь Иуда всегда дрался словно дьявол… Но лишь до того момента, пока мне удавалось водить его за нос. Я кормил его обещаниями, что отпущу его, как только он отработает мне бабки, которые я заплатил за него. Бабки он отработал в первый же бой, но… Конечно ему об этом никто не сказал. Всё было хорошо, пока я не совершил одну ошибку… Однажды мои люди закрыли его в подвале, где находилось несколько клеток с другими бойцами. Они разговорились и… Кто-то рассказал Иуде правду, о том, что бойцов никогда не отпускают живыми. Он обозлился и начал отказываться драться. Я понял, что толку от него не будет, но сегодня дал ему последний шанс… Он снова меня подвел, и я решил его убрать. Твоя жена узнала об этом и предложила его купить. Сказала, что ты найдешь с ним общий язык.
Громов ухмыльнулся.
- Наверное, моя Мира имеет охренеть какую силу переубеждения, раз ты повелся на это… Но я понимаю… Тебе просто захотелось срубить бабла за то, что уже шло на утиль… Поэтому Иуда, до сих пор остается и твоей проблемой. Решать мы её будем вместе. Хочешь ты этого или нет! – отрезает Громов.
Горецкий тихо выругался.
- Жену свою научи не лезть туда, куда её не просят…
- С Мирой я разберусь… Тебя это не касается, - бросает он холодно. – Лучше займись поисками Иуды. Ты ведь ещё контачишь с теми людьми, которые тебе его доставили?
Горецкий кивает.
- Отлично. Тогда держи меня в курсе… Ублюдок украл телефон Миры. Я попробую пробить сигнал. Возможно, если он его ещё не выбросил, мы вычислим и схватим его, прежде чем он успеет что-то сделать, - добавляет Громов, прощаясь с Горецким. После чего он возвращается в машину, и мы уезжаем домой.
Всю дорогу я ехала молча, а Громов постоянно куда-то звонил и давал своим людям указания на счет сбежавшего бойца. Так же он попросил предоставить ему записи с камер наблюдения клуба… Что меня сильно напугало. Ведь о камерах я не подумала и сейчас, если Громов получит записи и увидит что происходило на самом деле, он точно меня прикончит.
Когда мы приехали домой, Виктор грубо выволок меня из машины и затянул в дом. Как только мы оказались в гостиной, он толкнул меня на пол и начал расстегивать пояс на своих штанах, которым частенько меня лупил, за мельчайшую провинность.
- Наверное, ты уже запамятовала, какое твоё место в этом доме… С удовольствием тебе напомню!
Глава 8
Иуда
У меня есть два брата: младший – Данил, ему двадцать три, и старший – Илья ему двадцать восемь.
Оба они не бедные, имеют свое дело, некую власть, деньги. В принципе, как и я… Имел.
Первое время когда меня схватили и посадили в клетку я ждал что они найдут меня и вытянут из дерьма, в котором я оказался… Я ждал их, каждый день. Надеялся, верил в своё спасение… Но этого не произошло.
Ни Илья, ни Данил не появились. Никто не спасал меня и я не понимал… Почему?
Мы всегда с братьями были близкими, стояли друг за другом горой и помогали во всем, поэтому я даже мысли не допускал о том, что они меня бросили.
Здесь было что-то другое, и что это, я узнаю уже сегодня… Ведь, после того как я выбрался из машины, я выбежал на дорогу и поймал такси.
К счастью за рулем была девушка, ведь мой вид оставлял желать лучшего. Я солгал ей, что меня ограбили и избили, и мне срочно нужно домой, в соседний город. Я назвал ей адрес поблизости загородного дома Ильи (чтобы не спалиться), и она согласилась меня отвести.