- И о чем же был этот разговор? – спросил Горецкий, вскинув бровь.
- О том, что вы хотите убить этого бойца, - говорит она прямо, и это не становится для меня новостью. Я знал, что когда-то этот момент настанет – я доведу Горецкого.
- Хм… Кто же это у нас такой болтливый, - бросает недовольно Горецкий.
- Какая разница. Я пришла сюда не за тем, чтобы рассказывать о сплетнях… Я пришла, чтобы предложить вам сделку, которая избавит вас от ответственности за этого бойца, и от потребности марать руки.
- Что за сделка? – заинтересовывается Горецкий, пока я мечусь по клетке, едва подавляя в себе ярость.
- Я куплю у вас Иуду. Прямо сей час. За любую сумму, которую вы назовете! – отвечает она.
- Простите меня, Мирослава Сергеевна, при всем уважении к вашему мужу, но я сомневаюсь, что у вас есть миллион долларов? – отвечает он, но Мира не теряется. Настаивает на своем.
- Деньги есть у моего мужа, и счет вы выдвинете ему.
- О боже, - еле слышно говорит блондинка. – Мира… Остановись пока не поздно. Он тебе этого не простит…
Но Мира и её игнорирует.
- Позвольте поинтересоваться… Зачем вам этот боец? – спрашивает Горецкий, заинтересованный предложением Миры.
- Мой муж мечтает о собственном бойце, и Иуда ему импонирует… Хочу сделать ему сюрприз, - отвечает девушка и я скриплю зубами от злости, сжимая руки в кулаки. Я не попаду из одного рабства в другое. Никогда.
- Вы хоть понимаете, какой он проблемный… И он постоянно отказывается драться…, - предупреждает Горецкий.
- Я думаю… Мы сможем с ним договориться, - стоит на своем девушка.
Горецкий призадумывается, взглянув на меня.
- Я же тебя прикончу, как только получу доступ! – угрожаю Мире. Не выдерживаю, и получаю за это разрядом электрошокера, падая на колени.
- Ладно, - слышу согласие Горецкого. - Он ваш. Завтра я отправлю своего человека к вашему мужу, и мы оформим всё документально.
- Отлично, - говорит Мира. – А теперь прикажите своей охране, чтобы они отвели мою покупку ко мне в машину! –просит она. – И поосторожнее! – добавляет, двигаясь к выходу.
Спустя минуту, меня снова заковывают в наручники. И ноги и руки. Только ноги, на цепь чуть длиннее, чтобы я мог идти, но не бежать. А дальше, меня через запасной выход выводят на задний двор, где уже была припаркована машина, моей новой владелицы.
Охрана сажает меня на заднее сидение и уходит. В машине нет никого. Вообще. Что меня немного ошарашивает.
Неужели Мирослава Сергеевна недооценивает меня?
Спустя некоторое время, к машине приближается моя новая хозяйка. Она садится ко мне на заднее сидение, без какого-либо страха.
Тянется к моим рукам и расстегивает наручники уже имеющимися ключами. Её руки при этом дрожат.
- Когда я уйду, у тебя будет минут пять чтобы освободиться от наручников на ногах и скрыться. Если тебя поймают, я буду говорить, что ты убежал сам, поэтому…
- Ты меня отпускаешь? – удивляюсь я. Не верю.
Она поднимает на меня взгляд, смотрит испуганно, с болью.
- Да! – отвечает.
- Почему? – спрашиваю.
- Потому что я больше не могу на это смотреть, - отвечает.
- И что с тобой будет за это? – почему-то интересуюсь, хотя должно быть плевать. Свобода… Я наконец-то её получу…
Она не отвечает, молча, лезет в сумочку и достает оттуда несколько купюр денег, которые вкладывает мне в руки. Наши пальцы соприкасаются, и моё тело, словно током прошибает.
- Уходи. Я надеюсь, у тебя есть к кому обратиться за помощью… Сделай так, чтобы моя жертва была не зря, - добавляет она, и пытается уйти.
Я хватаю её за руку, останавливаю.
- Что будет с тобой, за моё спасение? – повторяю, понимая, что мне не всё равно. Я вижу в её глазах страх и слёзы. Я вижу в её глазах пустоту и безысходность… Всё то же самое, что было и у меня, и вдруг понимаю… Она несчастна. Она другая. Она не принадлежит этому миру.
- Со мной будет все хорошо, - отвечает она, пытаясь вырвать свою руку из моего захвата. Широкий, золотой браслет, который смыкал её запястье, немного сползает вниз и моему взору открывается черно-синяя борозда. Такие же борозды были и у меня, когда я долго находился связанным или прикованным наручниками в подвешенном состоянии. – Уходи. Спасайся. Потому что второго такого шанса не будет, - добавляет она, резко вырывая свою руку и открывая дверь.