— Мне надо уйти.
— Давай, принцесса, беги. Только я ведь никуда не денусь. Ты теперь принадлежишь мне!
Глава 7
Меня закручивает смерчами внутри его темных глаз, меня вертит в его урагане, швыряет из стороны в сторону. Треплет, как тряпичную куклу. Он вообще понимает, что устроил во мне личный апокалипсис просто появлением в моей жизни, а сейчас растягивает мои пытки на бесконечность? — Невозможно забрать слова. Они впитываются в душу, и их ничем уже не вытравить, они там клеймом остаются. Сказанное не воробей. Никогда не слышали такого? И все это глаза в глаза, невероятно близко к нему, адреналин кипит и пенится в венах, а его пальцы стискивают мое запястье до синяков. И мне нравится. Мне нравится, как они обжигают мою кожу. Каждое прикосновение как откровение. Каждое интимней для меня, чем самый дикий секс. Да… с ним рядом, даже когда он такой вот беспомощный, невозможно не думать о сексе, потому что он им дышит. Он его излучает, как ультрафиолет, и травит меня своей радиоактивностью.
(с) Бумажные крылья. Ульяна Соболева
Я отменила занятия. Сослалась на то, что больна. Я не хотела продолжения всего этого сумасшествия. Я не была к нему готова. Это все. Предел. Дошла до края. До обрыва. Позволила. Боже, что еще я могу ему позволить. До какого обрыва я могу дойти. Что со мной происходит?
Уткнувшись взглядом в асфальт. На пары. Не думать. Не вспоминать. Не чувствовать, как губы жжет от его поцелуев, не мечтать, не представлять. Забыть. А перед глазами глаза серые бешеные, перед глазами красивое бледное лицо, сочный рот и это выражение адского голода, который передается мне. От которого дрожит все тело, от которого сердце сотрясается и дергается, как в предсмертной агонии. Три дня не видела и хорошо. Лгу…не хорошо. Почти физически больно. Так, что сводит тело, так, что ноет в груди и хочется плакать, и ничего не радует. Как будто все счастье разом выкачали из этого мира.
Только вчера вечером пульсация соцсети, уведомление ударом тока по венам. Кто бы сказал, что я так их ждала.
«Димон»….Димон…Звучит почти как Демон. Демон, меня искушающий. С ума сойти. От одного вида его имени у меня свело низ живота. Тоненьким лезвием крылышка бабочки внутри…над самым лобком и выше, к солнечному сплетению.
— Привет. Бегаешь от меня, психолог?
Смотреть и не знать — ответить или нет. По ладоням липкая влага, по сухожилиям дрожь отдает в колени. Не отвечать. Не надо. Но руки уже схватили телефон, уже нажали на значок соцсети.
— Нет.
— Тебя нигде нет.
— Я болела.
— Правда? А на пары ты ходишь. Примерная.
Откуда он знает? Следит за мной?
— Что тебе нужно?
— ТЫ!
Капсом, и я снова трясусь. Его этот капс заставляет ощутить всю властность этого парня… и его некую магическую власть надо мной. Боже! Мой мир переворачивается буквально за считанные дни. Никогда ничего подобного не случалось. Не про меня. Не со мной. Я — серая моль. Зачем парням представлять меня во влажных мечтах, зачем им вообще меня представлять. И смотреть…главное, смотреть вот так, как этот. Словно сожрет и не подавится. И самое дикое — ОН ХОЧЕТ МЕНЯ СОЖРАТЬ, МЕНЯ.
— Выйди.
Тупо ничего не понимаю.
— Куда?
— На улицу.
— Я болею.
— ЛОЖЬ!
Молчу, пальцы мелко дрожат. Сердце не просто стучит, его выворачивает наизнанку, оно словно покрыто венами, и все они сокращаются от пульсации.
— Не выйдешь, я приду к тебе в гости. Позвоню в твою дверь. Скажу твоим предкам, что я твой парень и трахаю тебя прямо на лавке в парке.
— НЕТ! ТЫ С УМА СОШЕЛ? ТЫ НЕНОРМАЛЬНЫЙ?
Теперь капсом кричу я. Кричу и понимаю, что, если он это сделает, меня запрут в доме. Родители увидят этого наглого самца с дикими глазами, модной прической, в рваных джинсах и просто посадят меня под замок. Я должна общаться только с парнями своего круга, а желательно с теми, кто поддерживает религиозные взгляды моего отца. И…если он так скажет, меня потащат к врачу, меня снова будут проверять. Это так унизительно, так….ненавижу, когда они это делают!
— Значит выходи. Я здесь внизу.
Рывок с постели, забыв о хромоте. К окну. Посмотреть, жадно сожрать его взглядом, потому что тоже не видела, потому что видеть и представлять это так по-разному.
Стоит рядом с мотом, смотрит наверх, солнце светит ему в лицо, и он прищурился, заслоняется ладонью. Меня прошибает молнией. Он такой…он такой неповторимо сексуальный, он такой запредельный. У меня таких никогда не было… и у таких, как я, быть такого Димона, априори, не может. Такие по другим. Такие по Кристинам с моего курса — блондинка с красивой фигурой, округлой задницей, ногами от ушей, полными накачанными силиконом губами и длинными наращёнными ресницами. У нее куча фоловеров в мегаграмме, у нее своя страничка в Так-Тике с миллионными просмотрами.