Поддавшись на наветы, Ирод призвал своего сына от Дориды Антипатра, чтобы тот стал его оплотом против других сыновей, и всеми возможными способами начал выказывать ему свое предпочтение.
2. Это переполнило чашу терпения обоих братьев: при виде того, как выдвигается сын женщины обыкновенного происхождения, их гордость своим собственным рождением сделала их гнев необузданным и каждая новая обида вызывала у них приступ ярости. Так они толкали царя к еще более враждебному отношению к себе, в то время как Антипатр делал все возможное, чтобы завоевать расположение Ирода. Он тонко льстил отцу и измышлял против братьев всевозможные наветы, распространявшиеся или им самим, или его друзьями. Так в конце концов он лишил братьев всякой надежды на наследование престола, ибо и в завещании, и в публичных высказываниях наследником объявлялся не кто иной, как Антипатр. Наконец во всем царском великолепии Антипатр был послан к Цезарю — в одежде и украшениях царя, только без царского венца. Положение его к тому времени было уже таково, что он был в состоянии возвратить свою мать на ложе Мирьям, и, используя против братьев одновременно два оружия — лесть и клевету, он хитроумно привел Ирода к мысли о необходимости казнить обоих сыновей Мирьям.
3. Итак, Ирод силой отвез Александра в Рим, чтобы обвинить его перед Цезарем в покушении на отравление отца. Получив наконец возможность открыто излить свои жалобы перед судьей, более искушенным, нежели Антипатр, и более уравновешенным, нежели Ирод, обвиняемый обошел почтительным молчанием ошибки отца, однако с тем большим жаром опроверг выдвинутые против него обвинения. Затем он показал, что его брат и товарищ по несчастью невиновен в такой же степени, как и он сам, после чего перешел к разоблачению низости Антипатра и описанию совершенной в отношении его и брата несправедливости. Его помощником была не только чистая совесть, но и сила красноречия, так как он блестяще владел ораторским искусством. В заключение речи он заявил, что если отец убедится в том, что все выдвинутые против него обвинения истинны, то он волен казнить их обоих. Этими словами он поверг слушателей в слезы и до такой степени растрогал Цезаря, что тот снял с него обвинение и заставил отца и сына немедленно примириться, согласившись на том, что сыновья во всем будут подчиняться отцу и что тот волен выбирать себе преемника по собственному усмотрению.
4. На этом царь покинул Рим, по видимости отказавшись от обвинений против сыновей, но на деле все еще сохраняя свои подозрения. Его сопровождал Антипатр, вдохновлявший его ненависть, но из почтения к примирителю не осмеливавшийся открыто проявлять свою враждебность к братьям. Обогнув Киликию, Ирод высадился у Элевсы и был радушно принят Архелаем, выражавшим радость по поводу оправдания зятя и величайшее удовлетворение по поводу их примирения (перед тем он писал друзьям в Рим, чтобы при разбирательстве они заняли сторону Александра). Архелай проводил Ирода до Зефириона и вручил ему подарки стоимостью в 30 талантов.
5. По возвращении в Иерусалим Ирод собрал граждан и, поставив рядом с собой троих сыновей, объяснил причину своего отсутствия и выразил глубокую благодарность Богу и Цезарю за то, что их семейный раздор улажен по справедливости и что его сыновьям отныне даровано нечто гораздо более ценное, чем царский престол, а именно — согласие. «Это согласие, — продолжал он, — скреплю я сам. Цезарь сделал меня господином этого царства и объявил, что право выбора преемника принадлежит мне. Итак, я буду действовать в собственных интересах и в то же время отплачу Цезарю за его милость. Отныне я провозглашаю этих троих моих сыновей царями и обращаюсь прежде всего к Богу, а затем к вам за скреплением этого моего решения. Одному из них царство принадлежит по праву старшинства, двум другим — по праву происхождения. Но мое царство достаточно велико и для большего числа наследников, чем эти трое. Их, воссоединенных Цезарем и ныне провозглашаемых их отцом царями, вы должны защищать и равно и справедливо почитать каждого из них соответственно его возрасту. Ведь если вы будете выказывать по отношению к кому-либо из них больше почтения, чем на это дает право его возраст, вы скорее раздражите того, кто будет вами пренебрегаем, нежели доставите удовольствие тому, кого предпочтете. Я сам выберу для сыновей советников и придворных, которые будут сопровождать каждого из них, и назначу на эти должности таких людей, которые станут залогом сохранения согласия между братьями, ибо мне хорошо известно, что раздоры и взаимное соперничество чаще всего возникают из-за злословия придворных, тогда как если придворные — люди достойные, то они поощряют чувство взаимной привязанности.