Господин Верлен раскатисто рассмеялся.
- При нынешнем курсе доллара это было бы исключительно выгодно, - взгляд его, направленный на Светлану, был исполнен снисхождения пожилого, многоопытного бизнесмена к юному коллеге, - но не в моих привычках резать курицу, несущую золотые яйца. Если я буду финансировать переоборудование фабрики, то зарплата будет выше нынешней в четыре-пять раз. Это заставит ваших работниц держаться за свое место, не воровать и соблюдать трудовую дисциплину. Кто будет заниматься обоснованием с вашей стороны?
- Господин Тютчев уже составляет его, - сказала Таня. - юридической стороной займется Лермонтов, перевод на английский сделаем мы с Баратынским. Думаю, что через неделю оно будет готово.
- Отлично, - подытожил Верлен. - В таком случае сегодня мы съездим на вашу фабрику, посмотрим, в каком она состоянии, сколько потребуется вложений и во что... Кроме того, я полагаю, что господину Тютчеву и госпоже Алушковой-младшей следует присоединиться к вам, господин Безуглов, и к вам, Татьяна, в вашей поездке в Монреаль. Будет идеально, если вы пуститесь в путь дней через десять.
- Вы идеалист, господин Верлен, - сказала Света, ни разу не бывавшая за границей. - Нам нужно сначала получить приглашение, потом выездные визы, потому купить билет...
Таня пришла в полное замешательство. Иван действительно собирался в Монреаль, она занималась оформлением его паспорта. Речь шла о переводе денег и о переговорах по строительству в Москве такого же электронного завода, как в Петербурге. Кроме того, дотошный Безуглов хотел своими глазами убедиться в том, что груз кактусов будет должным образом перегружен и отправлен в Сеул. Хотел он и посмотреть на швейную империю Поля. Но ни разу не шло речи о том, чтобы взять с собой Таню. Что это? подумала она. Неужели после сегодняшней ночи чувства Ивана к ней переменились? Шепнул ли он о своих планах Полю? Или сам Поль хочет увидеть ее в Монреале? Но зачем же?
Тем временем Поль, по-отечески улыбнувшись юной Светлане, раскрыл свой кейс и достал из него объемистую папку. В папке оказалась пачка типографских приглашений в Канаду на бланках фирмы "Верлен и Рембо". Он разложил бланки на столе Ивана и вписал в них имена Тани, Тютчева и Светланы, а затем оттиснул на всех трех приглашениях круглую печать, извлеченную из сафьяновой коробочки.
- Как видите, - он протянул приглашения Ивану, - поскольку приглашаю этих дам и господ лично я, то фирма берет на себя оплату не только проживания, но и билетов через океан. И не вздумайте отказываться! - он предупредительно поднял свою пухлую белую ладонь и покачал ей в воздухе. - Я прекрасно понимаю вашу гордость, Иван, но, думаю, средств у меня в настоящее время все-таки побольше. А сэкономленные деньги пустите на премии своим сотрудникам. Вернее, сотрудницам.
- Я готов принять ваш щедрый подарок - в конце концов, свои люди, сочтемся, - сказал Иван, - но вы уверены в целесообразности этой поездки, господин Верлен? Я считал, что могу справиться с ней и самостоятельно. Вы же сами предпочитаете путешествовать в одиночку.
- Я старый человек, - сказал Верлен не без кокетства, - а вы молоды, вам интереснее делить свои впечатления с друзьями. Кроме того, у вас слишком много дел, чтобы забивать себе голову вопросами выкроек, фасонов, плотности ткани, количества ниток в утке и основе. Нет, Иван, не экономьте на специалистах.
- Таня нужнее в Москве, - сказал Иван, и эти слова обожгли ее, словно удар плеткой по лицу. Значит, она жестоко заблуждалась. Прошлая ночь ничего не значила, они по-прежнему босс и подчиненный, ничему романтическому не бывать между ними...
- Вы совершенно правы, господин Безуглов, - сказала она ледяным голосом, - я думаю, мне лучше остаться в Москве.
- Мы решим этот вопрос без господина Верлена, - резко сказал Иван. - А теперь мы с господином Тютчевым и со Светой просим у вас прощения. Нам надо отлучиться в банк утвердить кредит в рублях для нового предприятия. Господин Верлен, мой секретарь Таня к вашим услугам на этот час. Советую вам отобедать в кафе "Пречистенка". Мы подъедем туда ровно в два часа тридцать минут, и прямым ходом отправимся на фабрику.
Вскоре Таня с Полем уже сидели в уютном, полутемном зале кафе, решив ограничиться легкими закусками. Играла тихая музыка, в полутьме сверкали ряды бутылок на полке бара. Таня забыла свою обиду на Ивана, тем более, что снова чувствовала себя на работе.
- Что же заставляет вас вкладывать деньги в Россию, господин Верлен?