– Смерть предателю!
– Все на площадь!
– Казни не будет!
– А почему актеры так смешно пришепетывали?
– Изменника Томаса – на казнь!!!
– На казнь!!!
– Все на казнь!!!
– Где Гарри?
– Не знаю... Не возвращался.
– А, может, его уже того...
– Кого?
– Ну, этого...
– Юджин бы знал...
– Инфанта – на престол!
– Дурить нас вздумали!
– Мы им покажем!!!
Неподалеку совершенно случайно застряла в трехсантиметровой грязи повозка с оружием, каковое наиболее горячие головы, не задумываясь, и реквизировали.
Идея Мура имела успех.
Толпа, подобно мутному потоку с гор, неслась вперед, вбирая в себя все и всех на своем пути – так очень скоро помимо своей воли к ней присоединились отряд городской стражи, фургон и лошадь пекаря, сам пекарь, тачка и лестница каменщика (сам каменщик так и остался метаться на втором этаже недостроенного дома), дрессированный слон из королевского зверинца (у остальных животных и смотрителей хватило сообразительности залезть на близстоящие деревья. Те, которые еще не присоединились.), памятник Шарлеманю Первому, шесть лотков с овощами и торговцами и свадебный поезд, и уже невозможно было ее остановить, а только нестись вместе с ней, и кричать:
– Руки прочь от инфанта!!!
– Предателей – к ответу!!!
– Отодвиньте слона!!!
– Шарлеманя – на престол!!!
– Он же памятник!..
– Настоящего!
– Горько!.. Горько!..
– Гарри не видели?
Служба в храме Просветления закончилась, и его величество с его же высочеством в сопровождении кардинала Мадженты, приятно улыбаясь и изредка помахивая руками в оранжевых перчатках собравшимся вокруг верноподданным, по белой ковровой дорожке, окруженной королевскими гвардейцами, прошествовали через всю площадь к воздвигнутому за ночь огромному помосту, вокруг которого уже собиралась своя публика, свои завсегдатаи и любители, хоть и не такие многочисленные, как на представления труппы "Молнии".
С двенадцатым ударом часов на храмовой башне ворота дворца распахнулись и, как в параде-алле, перед зеваками прошли все участники предстоящего действа – отряд дворцовой стражи, десять герольдов, два глашатая, шесть палачей и одноконная повозка – черный ящик без окон, в которой традиционно перевозили к месту казни государственных преступников.
Король удобно расположился на походном троне, поглаживая нервными пальцами золотой скипетр, на вершине которого горел, переливался всеми лучами солнца и слепил глаза огромный красный камень – сокровище династии Шарлеманей – Камень Власти.
Кронпринц со скучающим видом остановился на полшага сзади, снял перчатки и занялся традиционным маникюром – стал обкусывать ногти.
Кардинал осенил собравшихся благословляющими взмахами рук, деревянно улыбнулся и склонился к монаршему уху:
– Ваше величество приняло мудрое решение, отдав приказ о казни.
– Я знаю, – скромно отозвался король.
– В этом глупом народе предатели и изменники распускали слухи, не имеющие под собой никаких оснований, естественно разумеется...
– Я знаю, – повторил король.
– Они говорили, и я сам это слышал через своих подслуш... послушников, я хотел сказать, что будто бы...
– Я знаю, – раздраженно рыкнул Шарлемань, и фонтан красноречия Мадженты иссяк.
– Надеюсь, папа, все пройдет без всяких сюрпризов? – проронил кронпринц, отвлекшись от ухода за ногтями.
– Я приказал Айсу расставить на крышах лучших лучников, – буркнул король. – Мыши на бегу в глаз попадут. А почему ты спрашиваешь?
– Посмотри туда, налево – там по улице в сторону площади катится нечто, похожее на человеческую волну – всякий сброд, я уверен, но что-то их слишком много.
– Ерунда, – фыркнул король. – Если бы произошло что-то нехорошее, мои шпионы сообщили бы мне.
За плечом его кто-то вежливо покашлял.
– Пора начинать, ваше величество?
– Преступников привезли?
– Так точно, уже поднимаются, ваше величество.
Король посмотрел направо – над помостом едва показалась чья-то голова, одетая в черный мешок, как предписывал Кодекс Казней Вондерланда.
– Начинайте, – и в предвкушении удовольствия Шарлемань откинулся на спинку походного трона.
Главный герольд взмахнул шляпой.
И шум большого города перекрыли фанфары.
– Быстрее, быстрее!!!
– Свободу принцу!!!
– Они уже начинают!
– В трубы дудят!
– Навались!
– Поднажми!
– Слона уберите, кому говорят!!!
– Даешь!!!
– Вперед!!!
– Капуста! Картошка!
– Ура!!!
– Где Гарри?!
– Не знаю!!!
– Горько!!!
И на площадь, сминая все, ввалилась толпа освободителей-революционеров. А впереди всех, на лихом слоне, гарцевал отрок Сергий, скинувший наконец-то ненавистный голубой парик и розовое платье.
– Вот он!!!
– Стойте!
– Узурпаторы!!!
– Палачи!!!
– Который?
– Что – который?
– Который из них – настоящий Шарлемань?
– Который в цепях, конечно же, дубина стоеросовая!
– Сам дубина! Их там двое!
– Что-о?
– Двое!
– И что – оба принца?
– Нет, звездочета!
– Один – Лукомольский, другой – Лотранский, чудило!
– От чудилы слышу!
– Который же наш-то, а?
– Да вон тот!
– Нет, вон тот!
– Этот, этот!
– В сирен... в тунике, которая посветлее!
– Ваше величество – произошло что-то нехорошее...
Трубачи завертели головами, сбились с ритма, фанфары издали предсмертный хрип, визг и хрюк и умолкли.
И сквозь заскочившую на секундочку тишину донесся до каждого гневный голос Шарлеманя:
– Что все это значит? Это что – бунт?! На колени, чернь! Я – ваш король!
– А король-то ненастоящий!!! – донесся злорадный голос с ближайшего слона.
– Взять его!!! – подскочил на месте Сержио. – Это он!!! Ярославский Волк!!! Стража!!!
– Накось, выкуси! – сделал неприличный жест князь. – Инфанта – на престол!
– У-у-у!!! – поддержала его толпа.
– Узурпаторов – долой!
– У-у-у!!!
– Вон он – настоящий! – не унимался князь, тыча перстом в Иванушку. – Смотрите, как на невинно предательски убиенного папеньку похож!