Тоська только вздохнула и приложила руки к груди, давая нам пройти. Григорий, не выпуская моего уха из своей руки, повел меня в барские горницы.
- Вот он барин, — сказал Григорий, ставя меня перед собой. Сопротивляться было бесполезно, но откровенно говоря мне было интересно, что это такое понадобилось барину от меня.
- Ну ка иди сюда, — сказал барин вставая приветливо.
- Что это с ним, не как белены объелся? - промелькнула мысль в голове, обычно меня даже на порог дома не пускали.
- Вот тому юноша о котором я вам говорил. - барин подошел ко мне, отодвинув Григория к двери, махнув рукой, что слуга может идти. На спине образовалась испарина, соединилась в каплю и скатилась. От чего стало не по себе. Крупный мужчина, что до этого сидел спиной, повернулся, косматые брови соединились у переносицы, что придавало его взгляду серьезность.
- Вы уверены? По возрасту он должен быть старше. - грозный мужчина встал и стал меня разглядывать.
В голове проносились вопросы, кто этот мужчина, почему и главное для чего я должен быть старше? Зная ушлый характер моего барина, ни чего это разговор хорошего не предвещал.
- Ну я зашел сказать, Тоське, что нашел новый дом и больше не буду вас объедать, — начал говорить я быстро, пытаясь обойти барина, но тот схватил меня за загривок и вернул на место. Наклонил мою голову, сдвинул рубаху и волосы. Указав на место где у меня было пятно в виде пятиконечной звезды, ну так говорили, я ее, конечно, никогда не видел, глаз на затылке у меня нет. Сами понимаете, но иногда эта звезда приносила деньги, меня просили показать, а я брал скромную оплату.
- Да, это он. - протянул довольный увиденным, странный гость. Отсоединил от пояса увесистый кошель и кинул барину. Тот подхватил кошель и выпустил меня из рук, как только почувствовал свободу. Тут же рванул, что было мочи.
- Держи его, держи. - послышалось со всех сторон. Вдруг передо мной появился Григорий, но оттолкнув его, я выбежал с главного входа. Так и оставшись в барских сапогах, что было принято одевать, когда заходил в горницу. Сапоги были немного большего размера и как оказалось скользкими, как только моя нога коснулась льда у дома, ноги тут же разъехались и я упал. На пороге появился Григорий, спускаясь со ступенек, он громко горланил. Во все свое, часто нетрезвое горло. - Держи его. Держи подлеца.
Понимая, что разлеживаться тут мне нет никакого, резону, поднялся и кое-как держась на ногах, по большей степени скользя, покатился к калитке, в которую так удачно входила барыня, на секунду повис держась за ее шубу и вылетел за калитку, с одного ее доброго пинка. Скрылся в подворотни соседней усадьбы, через тайный лаз, потом на чердак и поминай как звали Ивана. Бежать сейчас по улицам было опасно, стоило им крикнуть и тут же бы меня поймали добрые люди московии. К тому же только я скрылся в подворотне, как из барского двора выехал, тот мужик на своей лошади, а тут две прямых дороги и все видно на сотни метров, особенно меня в больших и скользких сапогах. Поэтому отлежаться тут было самое оно. Через щель на чердаке, был хороший обзор двора барина. Этот чердак в прошлом годе помог втереться в доверии к Тоське и быть на подхвате, пока меня не пустили на их чердак. Но тут я был непрошенным гостем, скажем так. Да и дом часто пустовал, а жить на холодном чердаке, такое удовольствие скажу я вам. А во дворе у барина, все переполошились, Тоська стояла на крыльце стряпни и вытирала глаза передником. Григорий, со внезапно откуда появившимся Степаном, бегали по двору. Барин, по чем свет ругал барыню. На какой-то момент стало приятно, что меня вот так ищут. Ведь если ищут то нужен, но вот зачем я нужен был этому лохматому мужику с серьезным взглядом, что он отвалил барину, столько серебра, а может и золота! Мне же не показали, что в кошеле. И почему так было важно присутствие на моей шеи звезды? Вскоре, во двор въехал тот мужик, они о чем то говорили во дворе, но слышно не было. Только барин ему всячески старался, что-то объяснить смотрел на него снизу вверх и постоянно жестикулировал. После они вошли в дом и все во дворе затихло.
Солнце постепенно садилось, а на чердаке становилось прохладно.
- Может не настолько я им и нужен раз так быстро перестали искать? - промелькнула мысль в голове. И я потихоньку стал выбираться из своего убежища. Что бы отправится в дом к графу.
И как только вылез из дыры, был тут же пойман за шиворот Григорием. - Ты паршивец думал, что никто не знает, где ты прячешься? - проговорил, дыхнув на меня, своим зловонным дыханием смеси гнили и перебродившего кваса, что он вероятнее всего изрядно принял для согрева, ожидая меня. Потом громко. - Брин я его нашел.