— Что-то не так?
— Нет, нет… Прошу, Маша, не "загоняйся". Я понимаю, все чуждо, тебе, здесь. Не представляю, в каком аду, ты находишься. Прошу, не грузись еще и моими мыслями. Я, большой мальчик, справлюсь. Давай я помогу, соберу это.
Иван салфеткой смахнул очистки в ведро, вынув у меня нож. Затем, внимательно посмотрел на мои руки.
Оставил ведро и вытерев свои руки салфеткой, наклонился ко мне, внимательно осматривая мою руку. Мгновенно перехватил мои пальцы, обхватив их своей рукой. Так по родному, нежно, без лишних рассуждений.
— У тебя кровь, здесь, Маша… Ты порезалась...
— Я и не заметила… Мне не больно, это ерунда.
— Я виноват… Забыл предупредить. У меня "пунктик" по ножам, они очень острые все.
Он обмотал салфеткой мой палец и прижал к моей ладони, удерживая, не отпуская моей руки.
Я даже не думала убрать свою руку из его руки, так естественно это у него это вышло. Видимо, это у нас так принято. Мы заботимся друг о друге.
Иван, такой крупный, грозный мужчина, но такой ласковый и нежный, в своей заботе обо мне, словно о хрупком цветке. И он сам, явно кайфует от этого. Такой, только наш с ним, закрытый мир…
"Их" мир… Но я, не внутри. Я снаружи и не могу вспомнить этого …Увы…
Иван вышел из кухни, чтобы вынести мусор в контейнер. Вернулся. Ненадолго задержался в ванной. Вошел на кухню, уже в другой футболке. Когда он успел переодеться? Я и не слышала.
Этот мужчина, постоянно притягивает мое внимание к себе. Неудивительно, что он стал моим мужем. Я знаю его чуть больше недели и уже полностью покорена им. Он невероятен и только то, что я не помню его останавливает меня от того, чтобы поддаться внутреннему порыву и прильнуть к нему. Прижаться к нему и смотреть на него не отрываясь…
— Пахнет отлично…
Слова Ивана отвлекли меня от запретных мыслей. Возможно, мои откровенные чувства и желания, хорошо читались на моем лице. Потому что Иван мой взгляд перехватил и опустил глаза вниз, с легкой игривой улыбкой…
— Я что, не готовила раньше?
— Готовила и очень хорошо.
Я выключила плиту и пошла за тарелками. Открыла шкаф с посудой. Вся посуда одинаковая, белая.
“Да, уж! Ожидаемо. Маша, ты стала скучная… Посуда, как в больнице.”
С удивлением отметила, что нет больших тарелок… Только крохотные совсем.
"Иван, большой парень. Как он мог есть из этих маленьких тарелочек? Я не подам ему картошку, в этих "кошачьих" мисках… Это глупо."
Вспомнила про небольшой красивый салатник из зеленого стекла, в котором нарезала помидоры. Я освободила его, вымыла и вытерла полотенцем. Затем, положила жареной картошки с гарниром и поставила перед Иваном.
Он отставил руки в сторону, откинулся на стуле и замер. Смотрит на салатник, затем на меня.
В его глазах растерянность, а на губах смущенная улыбка.
Я не сажусь, хочу понять что не так.
— Что? Не нравится салатник или картошка?
— Все, очень сильно нравится… Очень-очень нравится, Маша!
Он встал и притянув меня за плечи к себе, неожиданно, поцеловал в щеку.
Я смутилась, но мне было приятно. Покраснела как школьница.
Клянусь, в этот момент как Иван приблизился ко мне, я хотела закрыть глаза и продлить этот миг. Его губы были так близко. Один миг. Всего секунду, но он был так близко… Его кожа, пахнет ванилью… Наверное. Или это я переволновалась, вот мне и кажется.
Я была смущена и растеряна. Решила спросить, почему у него была такая реакция.
— Что это было, расскажешь?
— Моя Маша... Ну, то есть, ты. Ну вот... Когда мы только поженились, она ругала меня, если я ел из этого салатника. Мне его нельзя было брать. Это табу. Говорила, если я не медведь, то должен есть из нормальных тарелок.
— Но это глупо! Салатник, отлично подходит. Он такой красивый…
— Точно! Я сам так думал, но…
Иван открыто и искренне улыбался, глядя на меня, откровенно любуясь мной. Смутил меня, я отвела взгляд.
— Откуда они у вас… Хм, у нас?
— Тоня, дочка Ян Палыча, моего шефа с автобазы, подарила нам на свадьбу. Набор, то ли шведский, то ли датский, не помню.
Я открыла шкафчик и достала второй салатник. Положила себе немного картошки с гарниром и пошла с салатником за стол к Ивану.
Он тоже сел и стал с большим удовольствием есть. Но когда заметил, что я тоже ем с салатника, прервался. Просто сидел и смотрел, как я ем свою картошку.
Улыбнулся, но ничего не сказал. Просто молча продолжил есть. Понял, что я это сделала, чтобы ему не было неловко.
Мы ели, изредка поглядывая друг на друга. Смущаясь, словно на первом свидании. И разговор наш, был такой же. Скорее светский, чем родственный, как бывает у мужа и жены.
— Я видела твои документы. Ты учился за границей?