— Нет, я учился у нас, в столице. Но стажировку проходил в Штатах, полтора года.
— И несмотря на это, все бросил?
— Ну, это не совсем так. Я консультирую и довольно часто. Но, да, я хотел попробовать себя в том, что мне действительно интересно.
Я смотрела на Ивана, и отметила про себя, как он это сказал. Что-то такое упрямое, цепкое промелькнуло в нем. Характер, который он прячет от меня… от Маши. А напрасно. Мне лично, он таким волевым, жестким, нравится больше. Но возможно, прежней Маше, это было не по душе.
Я поняла странную вещь. Меня раздражает и злит эта прежняя Маша. Чем больше я о себе узнавала, тем больше разочаровывалась. Возможно, единственное, кого я одобряла в ее жизни, это Иван.
Он волновал меня. Больше, чем я могла представить, еще вчера. Здесь, в родной ему обстановке, меня словно обволакивало его энергетикой. Таким уютом, безмятежностью, спокойствием и его силой.
Я все время ловлю себя на мысли, что хочу прикоснуться к нему. Хочу прильнуть, прижаться к нему, быть с ним.... Он, словно солнце, у которого хочется согреться… Но я не могу.
Все так сложно. Кроме, очевидного моего влечения к нему, никакого прогресса в моем выздоровлении нет.
В этот момент, я вспомнила про серую папку и документы на развод, что приготовила мама. И Марк ей в этом помог, со своим юристом…
Меня это разозлило. Разозлила их война против Ивана и Маши… Я однозначно, была на стороне Ивана. Я не подпишу эти документы! Они не заставят меня. Даже, если не будет надежды. Не подпишу!
Я снова огляделась по сторонам. Да, это пока что, не мой дом. Сейчас, я здесь чужая. Но я сделаю все, чтобы постараться вернуть это…
Я тяжело вздохнула. Иван посмотрел на меня серьезно.
— Все настолько сложно, Маш?
Я не хотела смотреть ему в глаза, чтобы мои слезы, не испортили наш первый совместный ужин.
— Маша, хочешь я уйду. Могу на базе пожить, чтобы ты пришла в себя, привыкла или…
— Нет. Прошу тебя, Иван, ты не должен этого делать... Исключено. Но, если ты не против, я хотела бы вернуться обратно, к маме в квартиру. Быть здесь, пока что, для меня слишком тяжело… Извини. Я не могу так. Это обстановка давит на меня…
Он замолчал. Опустил глаза в пол, глядя на свои руки, затем поднял голову и кивнул, соглашаясь.
Но я видела, что ни черта, он, не согласен. Сколько же в нем выдержки. Он удивлял меня.
— Конечно, Маша. Как я могу тебе запретить? Сейчас, я отвезу тебя.
— Иван!
— …
— Почему ты никогда не говоришь то, что думаешь на самом деле?!
Он удивленно взглянул на меня. Мой вопрос застал его врасплох. Улыбнулся и посмотрел серьезно мне в глаза.
— А это поможет?
— Возможно не мне. Но тебе, да.
Он замотал головой молча и снова взглянул на меня с такой пронизывающей откровенной грустью и усталостью, что у меня заледенела душа и сердце стало биться, словно ему было тесно в груди.
Снова, словила себя на мысли, что нахожу его чудовищно привлекательным, когда он говорит прямо, искренне, жестко.
— Иван, пока я не уехала... Эта роспись в коридоре?
— Это ты. Ну… ты поняла. Маша рисовала…
— Когда я приду, в следующий раз, сюда, я могу изменить ее или перерисовать?
— Перерисовать? Как хочешь… Тебе, что не понравилось?
— Честно говоря, нет.
Иван посмотрел на меня серьезно. Словно я обругала святыню. Он был очень "горяч" когда злился. Я чувствую, что “подсела” на это.
— Тебе не "зашел" рисунок, потому что ты не помнишь о чем он… Это не весь рисунок. Маша... Она не успела… Но если ты хочешь перерисовать, делай что хочешь!
— А что, ты хочешь, Иван?!
Он серьезно посмотрел на меня. Взяв меня за руку, повел в коридор.
— Иди сюда… Смотри...
— Видишь, эти два белых пятна, между листьями?
— Да…
— Здесь, должны были быть Адам и Ева…
Сказав это, Иван так очаровательно улыбнулся, погрузившись в довольно личные воспоминания…
Я видела по его лицу, что это очень важное воспоминание. Он любил Машу. Этот прекрасный мужчина, очень любит свою жену. Но я не она. Я лишь похожа на нее.
Иван, не был моим и никогда не будет. Он любит, безумно и страстно любит ее, свою, ту Машу.
Я разозлилась. Настроение стало на нуле. Терпение тоже. Уже не было сил, раз за разом, рвать сердце на части...
— Иван, отвези меня пожалуйста домой, сейчас!
Он взглянул на мое расстроенное и мрачное выражение лица и понял, что его реакция на рисунок огорчила меня…
Закрыл глаза, и кивнул.
— Может ты хочешь, что-то взять из дома, туда?
Я отрицательно покачала головой и снова заставила его лицо побледнеть.
Это промедление меня "доконает". Не задерживаясь я вышла к лифту, не дожидаясь пока Иван закроет дверь на ключ.