- Подожди отец с братьями вернётся, тогда и пойдёте. - наконец-то ответил Ипафий.
Мне очень хотелось сходить в капище предков, который находился на окраине града. Но во первых по поверьям молодым девушкам туда лучше ходить только в сопровождении старших женщин или мужчин. И меня туда одну не отпускали, а мне сегодня надо было.
- Охх! Ну ладно! - ответила недовольно я.
Продолжая вышивку, мысленно представляя за какую часть птицы мне приняться дальше в картине.
За калиткой послышались знакомые голоса. Наконец-то они вернулись, теперь можно уходить.
- Скорее, несите его в комнату!- громко крикнул отец братьям.
Иван с Ратмиром несли на руках Всеслава с окровавленной головой. Ярик и Алёша волочились сзади с поникшими лицами.
- Ох батюшки что случилось?! Что с ним??- испугалась Марфа.
- Да просто переигрались Марфа.- ответил Всеслав.
- О, боги, да ты же весь в крови. Ярик принеси полотенца и воды, а ты Алёша мчи за знахаркой!! Скоренько!... Да куда вы его?! Несите в банную!- возмущался Ипафий.
- Я уже сбегал, она передала, что сейчас придёт.- ответил младший брат. - А вот же она идёт!
- Добрый вечер! - сказала пожилая женщина, в коричневом платке.
Мне её лицо показалось знакомым.
Иван с Ратмиром поставили Всеслава на землю, тот выглядел бледно-зелёным и еле держался на ногах, облокачиваясь на братьев.
- Охх, милок! Слегка взболтнул головку свою, но ниче подлечим. - сказала знахарка, пробежавшись по нему взглядом. - Несите его уже куда-нибудь. И воды принесите!
Всеслав опираясь на Алёшу и Ратмира направились в терем, а Ярик поспешил за водой. Папа, Отец, и Ипафий пошли следом. Меня от такого вида крови начало подташнивать, но всё же я пересилила это, и поплелась за всеми.
- Ягодка, не ходи, плохо станет! - остановил меня Ипафий, наверное заметивший мой бледный вид.
- Ну а как же Всеслав, вдруг он умрёт!- зачем-то сказала я, отчего мне ещё больше поплохело.
- Не умрёт он, знаю я эту рану. Ничего там опасного. Головешка крепкая, глупая, заживёт!- улыбался Ипафий.
- Сходи лучше капище предков. А то нехорошо, опять пропускать, ты же так хотела.
- Одна?!
Ипафий задумался, почесал голову.
- От чего же одна, Иван пусть с тобой сходит!- обрадовался сам от этой идеи старец.
Блин! Зачем я спросила?!...
- Ваня, сходи проводи Милану до капища предков. А то как не год, так у нас чёт случается, нехорошо так. Сходишь!?
Парень кажется не особо горел желанием, но никогда не смел возражать старче.
- Конечно, сейчас подожди момент, руки помою.- ответил живо Иван.
- Ну и славненько. Только опять не начните браниться там. - сказал Ипафий, и ушёл к Вселславу, оставив нас с Иваном двоих во дворе.
- Ну что поехали.- спросил юноша, выводя из конюшни Орлика.
- Как это поехали?!
В ужасе я смотрела, как он запрыгивает на коня.
- Может лучше пешком?
Сердце моё начало колотиться, что надо снова ехать верхом.
- Да брось ты, он хороший, ничего не случится, просто держись за меня крепко!- сказал Иван, вытянув мне руку и широко улыбаясь. - Не бойся.
Я не решительно протянула ему ладонь, он забросил меня на Орлика и мы помчались вперёд.
***
Мне не часто приходилось быть один на один с Иваном. В основном наше общение (если не считать несколько ругачек) было только пару фраз и всегда в присутствии братьев или старших. Поэтому тем для разговора у нас особо не было. Хотя он что-то говорил по пути про братьев, про Всеслава, как тот не захотел надеть шлем и прозевал удар. Но мне было не до разговоров. Я и так после моего последнего падения с лошади, обходила их стороной. Был страх вновь упасть, поэтому я слушала в одно ухо, крепко держась за его пояс. И совсем не заметила, как мы уже были на месте. Дело шло к вечеру, поднялся слабый ветерок и становилось прохладно на улице. Иван помог мне слезть с Орлика. Я попросила его оставить меня одну, пускай едет домой, мало ли что там случилось с Всеславом. А я дойду сама.
Храм предков находился почти на самом отшибе Светлогорья. Возле старого погоста, где с одной стороны был болотный лес.
Я зашла в храм, людей практически не было. Только пожилой дедок и взрослая женщины. Они стояли в другом конце храма, читая молитву. Камень богов, стоял посередине храма с человеческим ликом. Он отражался от догорающих свечей высокими исковерканными тенями на стенах. Я же подошла к матушки макошь, её алтарь был украшен засохшими цветами. Достав из кармана порошок из травы полыни и цветы ромашки, разложила их на нём. Я взяла в руку мамин медальон и зажгла свечку, вглядываясь в его маленькое пламя. Мне сделалось немного грустно, от того что её уже как три года нет со мной.
Мамочка надеюсь, тебя простили боги и ты сейчас счастлива.