«Отблески лучей окаймляли контуры медных гор серебристо-розовой короной, отражавшейся широкой дорогой на медленных волнах фиолетового моря. Вода цвета густого аметиста казалась тяжёлой и вспыхивала изнутри красными огнями, как скоплениями живых маленьких глаз. Волны лизали массивное подножие исполинской статуи, стоявшей недалеко от берега в гордом одиночестве. Женщина, изваянная из тёмно-красного камня, запрокинула голову и, словно в экстазе, тянулась простёртыми руками к пламенной глубине неба. Она вполне могла бы быть дочерью Земли — полное сходство с нашими людьми потрясало не меньше, чем поразительная красота изваяния. В её теле, точно исполнившаяся мечта скульпторов Земли, сочеталась могучая сила и одухотворённость каждой линии лица и тела. Полированный красный камень статуи источал из себя пламя неведомой и оттого таинственной и влекущей жизни».
Наблюдение за прекрасной инопланетянкой рождает чеканную формулу: «Чем труднее и дольше был путь слепой животной эволюции до мыслящего существа, тем целесообразнее и разработаннее высшие формы жизни и, следовательно, тем прекраснее». Далее происходит короткий диалог, который можно назвать программным для понимания экзистенциальной драмы всей эпохи:
«— Неужели они ничего не знают о Великом Кольце? — почти простонала Веда Конг, склоняясь перед прекрасной сестрой из космоса.
— Теперь, наверное, знают, — отозвался Дар Ветер, — ведь то, что мы видим, произошло триста лет назад.
— Восемьдесят восемь парсек, — пророкотал низкий голос Мвена Маса. — восемьдесят восемь. Все, кого мы видели, давно уже мертвы.
И, словно подтверждая его слова, видение чудесного мира погасло, потух и зелёный указатель связи. Передача по Великому Кольцу окончилась».
Мвен Мае размышляет, что создание Великого Кольца — это победа над временем, но всеми своими поступками опровергает это. Это лишь демонстрация того, к чему надо стремиться. Победа над временем и пространством вырастает из Тибетского опыта, из первого прикосновения к нуль-пространству — не в информации, идущей сквозь тысячелетия, но в живом осязательном чувстве.
Включённость в Великое Кольцо открывает громадные перспективы для земного человечества, распахивает и оживляет пространство космоса. Но не случаен факт, что сверхцивилизации галактического ядра никак не проявляют себя, хотя уж им-то наверняка известны способы сверхсветового общения. Всему своё время и место, а история склонна повторяться. Каждый должен проходить свой путь развития, и если он плодотворен, то открытое вмешательство могущественного разума только нарушит естественный ход эволюции.
Любая система развивается, проходя череду столкновений противоположных сил, которые в обществе называются конфликтами. Стараться избежать их бессмысленно, необходимо направить эту энергию в плодотворное русло.
Такие конфликты происходят и в гармоничном обществе ефремовского будущего, но их спектр сдвинут. Основные противоречия перенесены на процессы овладения тайнами природы, а не самоутверждения перед другими людьми. Эрг Hoop много лет носит в себе мечту о прекрасных планетах Веги, Мвен Мае безоглядно устремлён в ещё более далёкий мир Эпсилона Тукана. Сама жизнь доказывает этим незаурядным людям незрелость их мечтаний.
Вторая сторона медали, искренняя устремлённость, порождённая творческим воображением, — самоценна. В истории с «Парусом» она оказалась чрезмерной, но это частный случай, в большинстве других ситуаций ведущий к победным открытиям. Дерзкая увлечённость и готовность к самопожертвованию — это и есть ярое преодоление апатии и унылого скепсиса — энтропии человеческих душ.
Примерна такова же психологическая проблема африканца. Обоих героев возвращает к радости жизни любовь. Прежде весь устремлённый в недоступную даль девяноста парсек, Мвен Мае понял, что в необъятном богатстве красоты земного человечества могут вырасти цветы, столь же прекрасные, как и бережно лелеемое им видение далёкой планеты.
Но стала ли от этого напрасной их романтическая тяга к дальним мирам? Может, как раз благодаря этой ещё юношеской тяге оба героя стали участниками серьёзных открытий, пусть их внутренняя жажда великого переворота жизни и осталась неисполненной. Безоглядная романтика ушла, но собрала свой урожай достижений. Энергия творческого поиска никогда не пропадает втуне, даже если изначально был выбран неверный путь. Главное, чтобы вовремя произошло осознание.