— Сегодня ночью убили доктора Янакиева, неужели не слышал? — воскликнул Сандев, обрадованный неожиданным посещением, которое давало ему возможность поболтать об убийстве.
— Какого доктора?.. Почему… он разве убит? — глупо глядя на него, пробормотал Анастасий.
— Хм, да ты, похоже, действительно болен. Сегодня ночью, в двенадцать с чем-то… И кто, ты думаешь, убийцы? Иван Кондарев и этот бывший офицер, Корфонозов. Невероятно! Просто в голове не укладывается. Да я и не поверю, пока не увижу все своими глазами. — Сандев щелкнул пальцами.
— Как, они?.. Почему… это они его убили? — Анастасий начал заикаться, радостное волнение сжало горло, язык пересох.
— Их еще ночью поймали: пытались бежать из города. Но какого черта им это понадобилось, ума не приложу. Темное дело. Будь у них личные счеты с доктором, так нет, не было их. А если из-за денег, то разве так действуют? И этот, второй? — Абсурд! Кондарев стрелял в полицию, его ранили и поймали. Ранили, говорят, тяжело, в больницу отправили. Да разве они люди того сорта? — продолжал Сандев, путаясь в собственных рассуждениях и взволнованно расхаживая по тесной лавке.
Из его бессвязного рассказа Анастасий понял немного, но сообщение, что Корфонозов и Кондарев арестованы, заставило разжаться стягивающий его грудь обруч. Мысль, что теперь он может спокойно отправиться к дому доктора и поискать там потерянное кольцо, едва не заставила его тотчас же кинуться туда.
— Так доктор умер? — спросил он.
Сандев удивленно взглянул на него.
— Я же тебе сказал: убит, а ты — умер! Умер часам к четырем утра и все свое состояние завещал городу. Говорят, миллиончика два деньгами и золотишком. Настоящий Плюшкин, и как только ему удалось собрать столько денег!.. Нашей знати остается только облизываться. Золото прибрали к рукам Вельзевул с хаджи Драганом, остальные забрали облигации. Посмотрим, что из этого выйдет… Ты веришь, что эти двое могут быть убийцами?
Анастасий не слышал вопроса. Сандев всмотрелся в него.
— Э, да тебе действительно нехороша Черт знает на кого ты похож, — сказал он и, взяв стул, хотел было усесться против гостя.
— Трясет меня всего. Дай какую-нибудь книгу почитать. Пойду лягу.
— Какую книгу? Сейчас нет ничего интересного. Все берут и не возвращают. — Сандев отставил стул и неохотно начал рыться на узких полках.
— А есть против них какие-нибудь улики? — неожиданно спросил Анастасий со странным чувством, будто это говорит не он, а кто-то другой.
— Улики? Какие улики! Там была настоящая перестрелка, а он спрашивает об уликах. Вот тебе «Женщина моря» Ибсена, если не читал, и ступай ложись. У тебя, наверно, малярия! — сказал Сандев, разочарованный рассеянным собеседником, не проявившим должного интереса к убийству.
Анастасий взял книгу, небрежно сунул ее в карман брюк и вышел, забыв попрощаться.
Итак, пока ему ничто не угрожает. Радость вернула Анастасию силы. Но нетерпеливое желание поскорей отыскать кольцо кидало его в дрожь. «Только б оно было потеряно не там. Тогда все в порядке, и можно будет перевести дух… Ну а если там — все равно. Потерял его давно — и все», — вертелось у него в голове, пока он торопливо шагал к дому доктора. Вдруг Анастасий заметил, что держит себя за палец правой руки, и тут же испугался. Ведь он мог и у Сандева делать то же. Отвратительная привычка, она может его выдать, если кольцо уже в полиции! Но если оно и там, тоже еще ничего не значит. — Доктор его не узнал, а то за ним давно бы явились. Слава богу, Кондарев и тот, другой… Как только они умудрились влипнуть в это дело?..
Твердыми шагами Анастасий приблизился к улице, где находился дом Янакиева. Накануне вечером он подошел к нему с другой стороны. В памяти снова всплыли часы, проведенные в закутке у докторского дома. В желудке что-то тупо заныло, сердце заколотилось с такой силой, что Анастасию чуть не стало дурна С трудом овладев собой, он сунул руку в карман, оттянутый револьвером, и стал приближаться к дому.
Ворота были широко открыты, солнце освещало поросшие травой плиты двора. Из дома не доносилось ни звука, предполагаемого полицейского поста не было, вокруг стояла кроткая тишина, словно ничего не случилось. Анастасий замедлил шаги, вглядываясь в крупный булыжник. Улочка была узкая, не более трех метров шириной, но найти кольцо было нелегко, особенно если оно застряло между камнями. Анастасий сразу понял это и, как это обычно бывает с людьми, представлявшими себе дело слишком легким, уже готов был впасть в отчаяние. Чтобы осмотреть мостовую возле дома, нужно было или очень замедлить шаги, или даже совсем остановиться, а это не могло остаться незамеченным. Кто знает, может, за ним следят? Анастасий дошел до самых ворот и почти поравнялся с ними, когда во дворе застучали сапоги и появился пристав Пармаков. Взгляды их на мгновение встретились. Анастасий прошел мимо, но Пармаков остался стоять в воротах и, очевидно, продолжал смотреть ему вслед…