Бледно-зеленая, воскрешенная дождями трава с глухим ропотом проносилась под ногами коня, казалось, будто кто-то расстилал перед ним зеленое полотнище. «Я его убью!» — в такт подскокам коня мысленно твердил Костадин. Он поднял прут, словно саблю, и не спускал глаз с Кондарева. Сплошная стена сосен приближалась. У него вдруг возникла мысль, что этот человек отомстил ему через Райну, его охватил страх, что об этом узнает Христина, и стыд…
Кондарев нагнулся и принялся торопливо собирать какие-то клочки бумаги, валявшиеся у его ног. Второе, еще более дикое подозрение до боли пронзило налившийся кровью мозг Костадина. У него вырвался сдавленный крик. Тут он увидел, что Кондарев размахивает тростью и что-то кричит, и скорее по его жестикуляции, чем по смыслу слов он понял, что тот просит его остановиться. Костадин направил в его сторону коня и, подъехав к нему слева, привстал в стременах. Из-под черной шляпы сверкнул напряженный, тяжелый взгляд широко раскрытых серых глаз. Кондарев повернул левое плечо, словно желая защитить себя от удара, весь как-то сжался и присел на корточки. И прежде чем Костадин замахнулся, он рукояткой трости ударил коня по голове. Животное мучительно заржало, оскалило зубы и, поднявшись на дыбы, огромным прыжком шарахнулось в сторону. Костадин едва удержался в седле. Испуганный конь с диким ржанием, не переставая брыкаться, понесся обратно. Ни шпоры, ни узда не могли сдержать животное. Бранясь и сжимая сильными ногами бока лошади, Костадин видел, как Кондарев вошел в лес и тут же скрылся в нем. Потерял он из виду и сестру. Райна уже подходила в это время к первым домам города.
8Когда Кондарев увидел на шоссе Костадина, он сказал Рай не, чтобы она не боялась и стояла спокойно, но слова эти не дошли до ее сознания. В его голосе она уловила скорее раздражение и недовольство, чем озабоченность, и это, вдобавок к только что происшедшему между ними, заставило ее в отчаянии броситься бежать к городу. Ее паническое состояние объяснялось вчерашним разговором с Кондаревым и особенно историей с векселем.
Уже в первые минуты встречи Райна почувствовала, что, несмотря на вчерашнее свидание в городском саду, Кондарев не стал ближе, хотя ей не хотелось в это верить. Он держался учтиво, но не мог скрыть от Райны досаду, которую вызвали в нем ее откровения. Она старалась быть милой и, главное, умной, блеснуть своей начитанностью и нравственно возвышенными интересами, но ни этим, ни интимностью ей не удавалось вовлечь его 466 в сердечный разговор. Чем больше она говорила, тем отчетливее сознавала, что падает в его глазах, и тем труднее было ей остановиться. Кондарев находил уклончивые ответы, и по всему было видно, что он тяготится ее обществом. И хоть он действительно обещал ей свою дружбу и советовал, какие надо прочитать книги, но делал это без всякого воодушевления. На ее попытки завести разговор о Христине он отвечал холодно и равнодушно, и Райна уже не знала, как поддержать разговор. Отчаяние ее достигло предела, когда Кондарев попросил вексель и порвал его. Плотная глянцевитая бумага рвалась с резким треском, раздирающим душу Райны, а улыбка облегчения на его лице ее оскорбила. Райна умолкла и уставилась на него глуповато-растерянным взглядом. И вдруг она всем своим существом поняла, что между ней и Кондаревым немыслима не только любовь, но даже обыкновенная дружба.
В таком состоянии ее и увидел Костадин. Сожаление о погубленных деньгах (она уже не верила, что Кондарев вернет их ей), страх, что близкие проникнут в скрытый ото всех уголок ее сердца, раскаяние, стыд и прочие последствия — все это переплелось в нечто кошмарное. Райна знала, что брат и Кондарев могут подраться, и с ужасом оглянулась. Она видела, как Костадин безуспешно пытался унять коня и как Кондарев исчез в лесу. Она почти не сознавала, где находится, и, только оказавшись у первых домов, пошла спокойнее. Но тут возник вопрос: что будет дома? Райну покинули силы. В голове ее мелькнула мысль зайти к кому-нибудь, чтобы обдумать хорошенько, как ей себя вести дальше, но затем она сообразила, что, если придет поздно, Костадин успеет рассказать все, начнут ее искать и дело осложнится еще больше. Она свернула в переулочек, чтобы не встречаться с людьми, и тут ее осенила надежда, что Костадин не станет никому говорить дома об этом случае, если она сама расскажет ему всю правду и попросит молчать… Она такая несчастная, обманутая… Дала деньги, чтобы помочь ему, по наивности… Коста поймет ее и пощадит. Разве в свое время она не помогла ему сблизиться с Христиной, разве не в нем она чувствует самого близкого себе человека дома? Он самый добрый, самый сердечный. Он ненавидит Кондарева, потому что ревнует к прошлому Христины, однако она будет отрицать какие бы то ни было к нему чувства и скажет только о деньгах… Другого выхода у нее нет.