- Ты что? Это то же свои, они не немцы, мы играли…- кричит диким голосом молодая девчонка.
- Что?!- Иван опомнился. Он понял, что убил двоих ребят таких же, как он сам. Не врагов. Таких же.
Ростин вскочил с земли и кинулся бежать. Через два часа его задержали дома.
На суде история жизни Ивана была оглашена. Он рассказал все, как было. Встал выбор: психиатрическая лечебница или колония строгого режима на 12 лет.
Поезд вез Ивана на колонию.
Рядом с Ростиным сидел попутчик. Мужик лет тридцати пяти.
- Надолго? – спросил попутчик.
- Двенадцать, - ответил Иван.
- Понятно, грохнул кого-то. А я уже не первую ходку иду. На зону попадешь, смотри во все глаза. Если кто гнобить будет, дерись. Дерись до последнего. Рви, убивай, никому пощады не давай. Иначе опустят. Ты пацан молодой, тебя с первых дней давить начнут. Не выстоишь, - весь срок шестерить будешь. А то и пидаром сделают. Слыхал о таких?
- Как это?
- Так. Хер в жопу засунут. Как бабе в пизду. Только в жопу.
В лагере Хазек рассказывал Ивану о таком. Мол, сам видел, как опускают.
Первый день в колонии их записывали, мыли, подстригали, дали одежду и разместили в корпусе. Начальник колонии всем объяснил:
- Бежать вам некуда. Вокруг тайга. Да и стреляют мои хлопцы хорошо. Не советую.
Всё началось на второй день пребывания Ивана в колонии. Новичков вывели на работу в лес. Ивана сразу же заметили. За ним стали наблюдать двое зеков. Из прибывших Ростин был самый молодой, - 17 лет. Оба зека были примерно лет 30 – 35. Один явно не русский, - смуглый с темными волосами. Иван все это чувствовал и был готов драться в любую минуту. Но старался вести себя естественно. Он боялся, но не показывал своего страха.
Развязки не пришлось долго ждать. Двое подошли к Ивану и заявили:
- Будешь под нами шестерить. Откажешься – опустим.
- Я не под кем не буду.
- Ты что сученыш, в голубка хочешь превратиться.
Черный стоял уже возле Ивана, он нанес первый удар. Кулаком в лицо, чуть ниже левого глаза. Иван упал, но тут же вскочил, и со всего размаха правой рукой вернул удар. Зек этого не ожидал. Да и удар был сильный, не похожий на удар 17 летнего парня. Иван был небольшого роста и худощавый. Черный упал на землю. Второй кинулся на Иван и ударом ноги сбил его с ног. Он стал пинать Ростина. Иван ушел от нескольких ударов и поднялся на ноги. Второго он бил ещё сильнее, вкладываю в удары всю свою казачью силу. Зек попытался подойти к Ивану, и получил сильный удар в живот с ноги. Иван, видя что второй остановился, схватил его за немногочисленные волосы и со всей силы ударил головой о землю. Удар оказался смертельный. Первый зек только поднялся на ноги. В следующею секунду Ростин оказался возле него. Ударом ноги сбил черного с ног и кулаками начал его добивать.
Драку никто не пытался остановить.
Иван бил так сильно, как только мог. Несколько ударов пришлось в висок. Черный умер, не добравшись до больничной койки.
- Бежим. Охрана, - раздался голос сзади.
Иван и другие заключенные разбежались по своим хатам.
В тот же вечер Ростина пригласили на собрание. Сходкой, как и всей тюрьмой, заведовал уважаемый в блатном мире человек. Его все называли Батька. Это был негласный начальник колонии. Он предложил быть Ивану в его команде, предварительно рассказав о том, как устроен быт в колонии.
- Звать тебя как? – спросил Батька.
- Иван.
- Нет, кличут тебя как?
- Воронок меня кличут,- Иван понял, что о себе надо как-то заявить.
- От чего?
- Ворон – это птица, несущая смерть. В лагере меня так пацаны прозвали, мне 10 лет было, когда я убил того, кто хотел забрать мой кусок.
Батьке эта история понравилась. По глазам Ивана он понял, что парнишка не врет.
- Ну, иди, отдохни. Завтра дашь ответ. С нами ты или с мужиками.
- Если я с вами, что я должен делать?
- Ничего… Надо быть просто с нами. Вместе. Все как один.
Иван утром дал ответ: «Я с вами».
Началась новая для него блатная тюремная жизнь.
Вокруг Батьки были сильные люди. Сам он рассказал Воронку, что сел еще при Сталине за свободомыслие. Мол, политический заключенный.
- Но как тебя, Батька, воры то признали.
- Завалил я не мало воров и блатных. Они же только силу признают. Им на все почести насрать. Я же Чекистом был… а сюда попал, не кого не щадил. Да и ребят вокруг себя сильных собрал.