— Проветрился? Дурь из головы за две недельки вышла? Не хотел добром, заставим силком!..
Товарищи Бабушкина, получив «прогульную записку», задумались. Однако Иван Васильевич спокойно направился к фабричному инспектору и заявил ему об явном беззаконии.
Фабричный инспектор прикрикнул, было на Бабушкина, упрекая его в «своевольстве» и в «отказе от работы».
Иван Васильевич не дал себя запугать и по-прежнему спокойно заявил, что пришел к нему не за угрозами, а за выяснением совершенно незаконных поступков мастера. В тоне молодого слесаря слышалась такая уверенность и сила, что инспектор отступил: он забормотал о том, что якобы «не раз запрещал мастеру выдавать такие записки», и обещал лично приехать на завод разобрать дело.
Семянниковцы торжествовали: действительно, в мастерской вскоре появился фабричный инспектор и, поговорив наедине с управляющим, отменил распоряжение мастера. Однако администрация завода, лишь только инспектор уехал, решила избавиться от «смутьяна», как злобно называл мастер Ивана Васильевича: Бабушкину выдали расчет. И все-таки стойкость, с которой Бабушкин требовал своего права у инспектора, произвела большое впечатление на рабочих.
«Этот случай, — пишет в своих «Воспоминаниях» Иван Васильевич, — вызвал много толков на заводе, и я даже был некоторое время героем, сумевшим подтянуть мастера. По-видимому, на короткое время там прекратили насильно заставлять работать вечера и полуночи с ночами». Бабушкину удалось вскоре устроиться на чугунолитейный завод, но уже не слесарем, а сторожем в лабораторию. Теперь у него было достаточно времени для работы в кружках.
После отъезда В. И. Ленина за границу Иван Васильевич принял деятельное участие в массовой агитации и среди рабочих Шлиссельбургского тракта.
Рабочие несколько раз собирались за фабрикой Торнтона, в лесу, на правом берегу Невы. На одной из таких сходок петербургские пролетарии почтили память умершего в 1895 году друга Карла Маркса — Фридриха Энгельса. Для конспирации сходку решили превратить в обычную прогулку, захватив с собой провизию и даже самовар. Чтобы не привлечь внимания «хозяйских ушей» и полиции, подпольщики пробирались в условленное место по двое, по трое, приезжали на лодках по Неве.
И когда на сходке прозвучал взволнованный голос В. А. Шелгунова, назвавшего Фридриха Энгельса, все безмолвно обнажили голову…
Шелгунов говорил недолго и негромко, но каждое слово его разносилось по лесной поляне, вызывая в слушателях образ незабвенного учителя, друга. Ведь многие рабочие читали произведения Энгельса или слышали о них. Они знакомились с положением рабочего класса в Англии, с развитием общества и государства по работам борца за освобождение рабочих всего мира, борца за светлое будущее человечества — за коммунизм.
Поэтому речи выступавших вслед за Шелгуновым были такими же задушевными и горячими.
По окончании сходки над лесной поляной, над широкой гладью реки раздалась дружная песня:
После сходки в лесу группа членов марксистских кружков и их руководителей решила устроить совещание под видом прогулки на пароходе по Неве. Мысль эта была очень хорошей: можно было в течение многих часов оставаться в тесной, дружеской среде. Договориться с пароходной конторой было поручено ГГ. Н. Лепешинскому. Он с успехом выполнил это поручение.
Ранним сентябрьским утром от одной из петербургских пристаней отошел пароход «Тулон». На его палубе и на корме расположилось около двадцати пассажиров. У всех были узелки и корзинки с провизией. Не забыт был даже, как и на лесной сходке, внушительных размеров самовар. Некоторые захватили гитары, мандолины. Молодой высокий литейщик, усевшийся на носу «Тулона» с гармонией в руках, приветствовал отплытие парохода бурным маршем.
День выдался на редкость теплый и безоблачный. Оживление и смех царили на палубе: многие пели, плясали, пытались с разбегу перепрыгнуть через сложенные пирамидой якорные цепи и бухты просмоленных веревок.
Команда парохода вскоре убедилась, что это обычная, мирно настроенная компания сослуживцев, решивших, по старинному обычаю жителей Охты, Черной речки, Васильевского острова и других окраин столицы, устроить «проводы осени». Но друзья не только веселились и пели: в то время как на палубе беззаботно резвилась молодежь, более пожилые сошли в каюты (весь пароход был зафрахтован для прогулки) и о чем-то вполголоса горячо беседовали… Затем на палубу поднялись «.старички», а в каюты спустились только что танцевавшие молодые кружковцы, также начавшие со своими руководителями оживленную беседу.
Пароход шел тихо, и казалось, что он стоит, а навстречу ему важно и медленно плывут редкие могучие сосны, огромные гранитные валуны, низкорослые северные березки. По желанию экскурсантов, «Тулон» остановился неподалеку от Шлиссельбурга. Пассажиры со смехом и песнями вышли на берег и, убедившись, что поблизости никого нет, уселись в тесный кружок…
Лишь поздним вечером вернулись экскурсанты в Петербург, освеженные бодрящим осенним воздухом и воодушевленные дружескими беседами.
Осень 1895 года проходила для Бабушкина быстро и незаметно: он все глубже входил в подпольную жизнь, выполнял ряд поручений центральной группы пропагандистов, привозил в различные районы столицы руководителям марксистских кружков книги, брошюры и хранившуюся у него литературу. Он с нетерпением ожидал возвращения из-за границы В. И. Ленина.
В. И. Ленин вернулся в Россию 7 сентября, посетил Вильно, Москву, Орехово-Зуево.
Он немедленно принимается за укрепление и расширение социал-демократических организаций, той же осенью объединяет отдельные петербургские марксистские кружки в «Союз борьбы за освобождение рабочего класса», тем самым, закладывая основу для создания революционной марксистской рабочей партии.
Руководство всей работой «Союза борьбы» было поручено пяти членам центральной группы, стоящей во главе этой организации. В. И. Ленин возглавлял всю деятельность «Союза борьбы» и являлся редактором его изданий. Были созданы районные группы, в них входили самые активные передовые рабочие — члены подпольных кружков, связывавшие районные группы с фабриками и заводами.
Через районные группы руководители «Союза борьбы» распространяли в кружках листовки, брошюры, передавали для очередных занятий марксистскую литературу. В кружках изучались не только теоретические вопросы марксизма, но и вопросы текущей политической жизни. Таким образом, марксистские кружки на заводах, фабриках и других предприятиях Петербурга превращались в социал-демократические ячейки, где рабочие воспитывались политически.
В. И Ленин поставил перед «Союзом борьбы» задачу — перейти от узкой кружковой пропаганды марксизма к массовой политической агитации.
Петербургский «Союз борьбы» оказал огромное влияние на ряд социал-демократических кружков и групп различных областей и городов России.
Под влиянием петербургского «Союза борьбы» в Закавказье возникают марксистские организации, в Сибири — «Социал-демократический союз», образуется «Северный союз» социал-демократической партии из марксистских групп Иваново-Вознесенская, Ярославля, Костромы. По примеру петербургского «Союза борьбы» разрозненные социал-демократические группы объединяются в такие же «Союзы борьбы» в Москве, Киеве, Екатеринославе, Орехово-Зуеве и во многих других городах.