Носимое.
Тридцать патронов в патронташе. Хлеб и толокно на двое суток, вода в баклаге. Лопата. Остальное в возах: ещё по полсотни патронов на ствол, продовольствие, котлы, запасное железо.
Быт и санитария.
Коротко, это дешёвая часть.
Котёл на сотню, медь привозная. Кашевар при каждой сотне, из строя выведен, отвечает за раздачу по часам.
Вода только кипячёная, приказом. Причину я объяснить не смогу, доказать нечем, поэтому вводится как требование устава без обсуждения.
Кипячёную воду пить противно, поэтому заваривать кипреем с мёдом. Лист собрать до конца цветения, то есть на этой неделе.
Отхожие места в пятидесяти саженях от лагеря и ниже по течению. Воду брать выше.
Полк убивает не сабля, а дизентерия. Стоит это дров и одного человека при огне, а сохраняет больше людей, чем любая броня.
Расписание.
Сентябрь: отбор сержантов, полторы сотни, и начало строевой подготовки с ними.
Октябрь и ноябрь: набор основного состава, тысяча человек с запасом на отсев. Постройка слободы.
Декабрь по февраль: одиночная подготовка. Строй, команды, обращение с оружием, заряжание на время, марш. Стрельбы холостыми, потому что пороха на полноценные не хватит.
Март и апрель: сколачивание. Сотня как целое, потом батальон или полк, хотя все-таки лучше батальон. Постановка возов на время. Первые боевые стрельбы. набор коневодов и обоза: кошеваров и прочих.
Май и июнь: полевые выходы, марши с полной выкладкой, работа с конями.
Июль: готовность.
Десять месяцев. Мало. По-хорошему нужно два года, но двух лет у меня нет.
Деньги.
Считаю сам, потому что считать больше некому.
Человек, который не пашет и не имеет кормления, должен получать жалованье. Меньше трёх рублей в год давать бессмысленно: уйдёт или начнёт брать по дворам. Значит, три, а лучше четыре рубля. На тысячу выходит четыре тысячи рублей ежегодно, одними деньгами и это только на строевых. А надо будет платить еще и резервным унтерам, коневодам и обозу. Эти унтеры будут при деле: кто-то при мне, штаб по-любому нужен, а большинство смотреть за коневодами и обозом.
Хлеб, овёс, соль натурой из волостей, сверх этого.
Оружие и снаряжение единовременно, и эту сумму я пока не берусь назвать, потому что не знаю цены стволов.
Четыре с половиной тысячи рублей в год только на тысячу строевых, коневодов и обоз. Это больше половины ордынского выхода, и платить надо каждый год без пропусков, иначе жди большого набега. Хотя сейчас бывает, что иногда он платится не каждый год. Но совсем не платить пока нельзя.
Вот почему тысяча, а не десять тысяч. Это верхняя граница того, что страна может себе позволить, и я подозреваю, что эти необходимы затраты уже за ней.
Слобода.
Под Москвой, на льготе. Избы, кузница, склады, стрельбище, плац. Место выбрать так, чтобы до Кремля было полдня хода.
Тысяча не пашет и пахать не будет: она занята каждый день военным делом. Живёт на казённом хлебе и жалованье. Это делает её дорогой, и это же делает её моей. И в награду за службу Земля и
Я дописал и просмотрел обе стороны церы.
Всё это надо чем-то вооружить, а чем пока я не знаю. Стволы куют из полосы на оправке, двух одинаковых в городе не найти. За этим я и еду в Тверь. Пороха практически нет, не говоря уже и десяти месяцах обучения.
Я поднёс церу к окну и перечитал.
Тысяча человек на самом деле это еще не армия. Против того, что приходит из степи, тысяча ничего не решает и решать не должна. Стену на Оке она не заменит, сторожей не заменит, берега не удержит.
Но из двенадцати тысяч, которые есть у этой земли, в любой день года мне принадлежат двести человек, и они стояли рядом с воеводой, когда остальные повезли добро домой.
Значит, начинать надо с тех, кто не уедет.
Ну как-то так, считай, начали что-то делать.
Глава 8
Утром меня разбудили колокола.
Первым ударил большой соборный. Звук прошёл через слюду и подушку и почему-то отозвался прострелом в битых рёбрах, и даже раньше, чем в ушах. Я открыл глаза. Было ещё серо.
За соборным повыше вступил второй. Потом пошли остальные, за рекой и по посаду, вразнобой, каждый в свой голос. Через минуту звонило всё, что могло звонить в этом городе.
На подъезде я слушал Москву и не мог понять, чего мне в ней не хватает. И вот сейчас понял: мне не хватало гула. Город без моторов и проводов молчит, и молчание это непривычно человеку моего века. Оказалось, голос у города есть. Просто звучит он по календарю.
Первое августа. Праздник Происхождения честных древ Креста, первый день Успенского поста, водосвятие.