А городок негодовал. Все точно почувствовали себя обманутыми в чем-то светлом, большом.
Таким, как в оставшиеся до свадьбы дни, я его не помню: казалось, городок как-то сжался в своих размерах, стал и тише, и малолюдней, — присмирели даже дачники, куда-то подевались шумные толпы туристов.
Не потому ли все здесь так неузнаваемо изменилось, что все хорошо знают друг друга? Нет той отчужденности между людьми, которую можно наблюдать в больших городах, — жители близко принимают к сердцу и радости, и печали других.
Примириться с тем, чтобы Фрося вышла за Нестора, никто не хотел. Я уж не говорю о наших соседях, о моей хозяйке: они кипели от возмущения.
Олена Михайловна в эти дни чай мне подавала холодный, обед — то пересоленный, то пресный. А то она совсем оставляла меня голодным, уходила в соседние села навестить дочерей.
И я по часам стал отсчитывать время: скорее бы наступило воскресенье, скорее бы состоялась свадьба!..
И вдруг!..
Я возвращался с реки после вечернего купанья.
На центральной улице чувствовалось необычное оживление. Правда, в субботний вечер здесь всегда бывает и людно и шумно, но сейчас у каждых ворот еще можно было видеть шушукающихся женщин, то здесь, то там услышать взрывы хохота. Смеялись и старые и малые.
Что же могло случиться?
Дойдя до дома, я не успел захлопнуть за собой калитку, как мне навстречу кинулись хозяйка и собравшиеся к ней соседки.
По всему было видно, что меня ждали с превеликим нетерпением.
— Фрося бежала — слышали? — крикнула мне ликующим голосом хозяйка.
— Фрося?.. Невеста?.. — Не скрою, я был ошеломлен новостью. — Куда же она бежала?..
— Бог ее знает куда, но бежала! — Будь моложе, Олена Михайловна, наверное, пустилась бы в пляс — так она была возбуждена от радостной вести.
И все соседки тоже были взволнованы. Никогда я не видел у них таких горящих глаз, таких пылающих щек, такой гордой осанки. Они радовались за Фросю, одобряли ее поступок. Молодец дивчина, показала нос этому плюгавому Нестору и всем ненавистной Мадам.
— А как же теперь свадьба? — спросил я, сам не зная к чему.
— Не будет никакой свадьбы! — прокричала Олена Михайловна.
— А как быть с грандиозными приготовлениями?.. Иллюминацией?.. Танцплощадкой?.. Угощением, запахи которого всех сводят с ума?..
— Пусть сама все жрет, старая ведьма! — Женщины кричали все вместе.
Порадовавшись вместе с ними за Фросю, я ушел к себе в комнату.
Но весь вечер ко мне стучались то Олена Михайловна, то запыхавшиеся соседки — сообщить все новые и новые подробности…
Пропажу Фроси обнаружили после обеда, когда к ней на прощальную посиделку с чаем и пирогами собрались подружки.
Еще ничего не подозревая, Мадам послала соседского мальчика поискать Фросю в универмаге или на почте, куда она собиралась зайти. Мальчик выполнил ее просьбу, побывал еще на автобусной станции, на реке, зашел даже в кино. Фроси нигде не было.
Тогда на поиски невесты бросился угрюмый Нестор. На всякий случай он прихватил охотничье ружье.
Сердце его очень точно почувствовало, откуда может прийти беда: он первым делом заехал к фельдшеру на окраину города. И не ошибся! Следы поспешного бегства Романа были явны. В комнате у него все было переворошено и раскидано по полу.
— Бежали, гады! — завопил Нестор и кинулся обратно к своему мотоциклу.
Со скоростью сто километров в час он понесся на станцию, надеясь там перехватить беглецов.
Минут через десять перехватить самого Нестора погнался милицейский наряд — ружье у Нестора могло и выстрелить.
Воображаю, как заскрипели рессоры машины, когда в нее сели местные милицейские богатыри! Они тут весят не меньше центнера каждый. Растолстели на хороших харчах, от ничегонеделанья: ни в райцентре, ни в районе давно не было ни убийств, ни драк. Образцовый край!..
Но Фрося, как выяснилось позже, со своим фельдшером бежала совсем в другую сторону — не на юг, где в семидесяти километрах проходит железная дорога, а на восток, пересаживаясь с одной попутной машины на другую, чтобы замести следы. Добравшись до соседнего областного центра, они на местном самолете перелетели во Львов, оттуда — в Киев, оттуда — в Ростов, а там — исчезли в неизвестном направлении. Неизвестном для Нестора и Мадам.
А что стало с Нестором?
Не найдя беглецов на станции, он убил на перроне чью-то собаку. Ружье у него все-таки выстрелило!
Но привлечь его к ответственности было заботой уже тамошней милиции.
Наши же богатыри вернулись домой, распевая песни.