Поп часто спрашивал в гневе:
— Кто же в селе хозяин — я или этот безбожник и большевик Смеречук?
Слова его помнят и по сей день, хотя поп давно отдал богу душу.
— Теперь уже ждать недолго, — успокаивал тогда попа дьяк Михайло Борисюк. — Терпение, батюшка, терпение.
Он много знал, этот Михайло Борисюк, со своим дружком Лукой Гринишаком. Они часто отлучались в Надворную, часто к ним наведывались и какие-то таинственные незнакомцы из Львова и дальних краев.
— Вот, говорят, скоро у вас отнимут и сад, и огород, — шептали они попу. — Говорят, нетрудовой элемент пошлют рубить лес, на дорожные работы.
— Это я нетрудовой элемент?.. Отнимут последний морг землицы? — закипая от гнева, стучал кулаком по столу Яскив. — Не отдам! Стрелять буду!
В Зеленом Иван Яскив был первым помещиком, как и большинство попов в селах Западной Украины. Им было с кого брать пример. Главным помещиком, крупным земельным магнатом, считался ведь не кто иной, как сам митрополит Шептицкий! Богат был и другой князь церкви — епископ Григорий Хомишин в Станиславе! У этого тоже хватало земли, лесов и денег.
Дьяк Михайло Борисюк, правда, большого богатства еще не успел нажить. Он намеревался это сделать на политической стезе, за счет ОУН. К тому же дьяку очень уж хотелось покомандовать людьми!
Поп Иван Яскив был древний старец. Борисюку же только минуло сорок пять. Он был полон сил и энергии, здоровый мужик, — ему не кадилом бы размахивать, а лес рубить, землю пахать. Это он превратил церковь в штаб станичной ОУН. Сюда стекались донесения от агентов-прихожан и письма, инструкции из-за рубежа. Дьяк всегда все знал, следил и за газетами, обо всем докладывал попу: и что делается в Европе, и что — в их Прикарпатье, и что — в самом Зеленом.
В последнее время Борисюка особенно интересовали события в Святоюрском соборе во Львове, в резиденции Шептицкого, откуда все чаще стали поступать пастырские послания. Из собора со дня на день он ждал важных вестей, сигнала.
И вот они пришли, эти вести!..
Когда 30 июня 1941 года передовые части гитлеровской армии вошли во Львов — а впереди них шли бандеровцы из батальона головорезов «Нахтигаль», — митрополит Шептицкий в соборе святого Юра отправил благодарственное богослужение в честь «непобедимой немецкой армии и ее славного вождя Адольфа Гитлера».
Об этом богослужении было напечатано во всех оккупационных газетах, передавалось раз десять на дню по радио, после чего гремели победные немецкие марши.
На богослужении Шептицкий также благословил бандеровцев на «святую борьбу с большевиками».
— Начинайте с богом! — сказал митрополит.
И бандеровцы начали… Они расстреливали, вешали, душили, рубили на куски. Опьяненные кровью, убивали и старых, и малых. И это происходило на всей территории Западной Украины, в сотнях ее городов, в тысячах сел и поселков, все три года немецкой оккупации и еще несколько лет после освобождения этого края, пока всех их не выкурили из последних лесных схронов или не уничтожили там же.
Вести одна важнее другой приходили в Зеленое и из более ближних мест. Ведь в шестидесяти километрах, в Станиславе, находилось непосредственное начальство попа Яскива и дьяка Борисюка — епископ Григорий Хомишин.
Этот епископ-холуй тоже всячески прославлял немецкое оружие и бесноватого фюрера. Много всяческих триумфальных встреч и богослужений в честь гитлеровской армии провел он в Станиславе. Церковь позаботилась, чтобы город утопал в фашистских знаменах, транспарантах и лозунгах. 12 июля 1941 года Хомишин при участии местного духовенства, представителей оуновской верхушки и делегаций прихожан из ближних сел отправил «архиерейскую службу богу» в честь немецких захватчиков и бандеровцев.
Поп Иван Яскив и дьяк Михайло Борисюк тоже были на службе в соборе, слушали, молились, перенимали «опыт предательства», которым потом воспользовались у себя в Зеленом. Они отдали гитлеровцам для переплавки все церковные колокола. Это произошло восьмого ноября, сразу же после храмового праздника св. Дмитрия. Самый большой колокол снимали пятьдесят человек, наиболее рьяные националисты из церковного прихода.
Если в Станиславе Григорий Хомишин за свои старания начальником гестапо Гансом Кригером был награжден легковым автомобилем, то дьяк Михайло Борисюк от гитлеровцев получил должность бургомистра сел Зеленого, Пасечного и Рафайлова.